Контакты и график работы
Обзоры судебной практики
Бюллетень и обобщения судебной практики
Судебная статистика
Обращения граждан
Пресс-центр
Приемная
Противодействие коррупции

main-banner1.jpg

 

main-banner1.jpg
main-banner2.jpg
baner.gif

БЮЛЛЕТЕНЬ судебной практики Московского областного суда за I полугодие 2021 года

 

МОСКОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

 

БЮЛЛЕТЕНЬ

судебной практики Московского областного суда

за первое полугодие 2021 года

 

(утвержден на заседании Президиума

Московского областного суда

14 июля 2021 года)

  г. Красногорск, 2021 г.

 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

 


1. Приговор, постановленный в особом порядке судебного разбирательства, отменен ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона.

 

Приговором Шатурского городского суда от 18 декабря 2020 г., Б. был осужден по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, в соответствии со ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров окончательно было назначено наказание 2 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого  режима.

Б. был признан виновным в совершении кражи, то есть тайном хищении чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину.

В судебном заседании Б. признал вину, и уголовное дело по его ходатайству было рассмотрено в особом порядке.

Апелляционная инстанция отменила приговор и направила уголовное дело на новое рассмотрение ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона.

Б. был признан виновным в тайном хищении велосипеда, стоимостью 5 500 руб., причинившем потерпевшей значительный материальный ущерб.

При согласии подсудимого с предъявленным обвинением суд не убедился в том, что обвинение подтверждено собранными  по делу доказательствами.

Для квалификации действий по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ существенное значение имеет размер причиненного ущерба.

Согласно примечанию 2 к ст.158 УК РФ значительный ущерб гражданину в статьях настоящей главы, за исключением части пятой статьи 159 УК РФ, определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее пяти тысяч рублей.

В качестве доказательств размера причиненного ущерба стороной обвинения было представлено заключение оценочной судебной экспертизы, согласно которому рыночная стоимость похищенного велосипеда составляла 3 833 руб., однако из протокола допроса потерпевшей на досудебной стадии следовало, что на момент хищения с учетом незначительного периода эксплуатации, она оценивает стоимость похищенного 5 500 рублей.

Таким образом, при наличии в материалах дела доказательств, содержащих разные сведения о стоимости похищенного имущества, которые не были устранены, суд пришел к ошибочному выводу о том, что предъявленное обвинение, с которым согласился Б., подтверждаются представленными доказательствами.

Извлечение из апелляционного определения

от 2 марта 2021 года по делу № 22-1194/2021

 

 

2. Невыполнение судом положений ст.ст. 73, 307 УПК РФ при постановлении приговора, а также нарушение права подсудимого на защиту явились основанием для отмены приговора и направления дела на новое рассмотрение. 

       

Приговором Орехово-Зуевского городского суда от 25 декабря 2020 г. К. был осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором взыскано с К. в пользу потерпевшей в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей, исковые требования потерпевшей в части взыскания компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей оставлены без удовлетворения.

К. был признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Апелляционная инстанция отменила приговор, ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона, положений  ст. 73, 307 УПК РФ.

Согласно материалам дела, следователем в постановлении о назначении экспертизы перед судебно-медицинским экспертом был поставлен вопрос о времени наступления смерти потерпевшего, однако в заключениях судебной медицинской и дополнительной судебно-медицинской экспертиз ответ на данный вопрос экспертом не был дан, без указания соответствующих причин.

При этом в обвинительном заключении и приговоре было указано, что смерть потерпевшего наступила в период с 06.00 до 09.30 часов 29.11.2019.

Суд пришел к убеждению о том, что смерть потерпевшего наступила именно в указанный период, однако вопрос о времени наступления смерти потерпевшего не исследовался, вывод  суда не мотивирован.

Поскольку подсудимый К. отрицал возможность наступления смерти от его действий, то данной вопрос имел существенное значение для правильного разрешения дела.

Кроме того, судебная коллегия установила нарушение судом положений ч. 1, пп. 2-5 ч. 2, ч. 21 ст. 281 УПК РФ, согласно которым оглашение показаний свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования, допускается с согласия сторон в случае неявки свидетеля. При неявке в судебное заседание свидетеля суд вправе по ходатайству стороны или по собственной инициативе принять решение об оглашении ранее данных им показаний в случаях: смерти свидетеля; тяжелой болезни, препятствующей явке в суд; отказа свидетеля, являющегося иностранным гражданином, явиться по вызову суда; стихийного бедствия или иных чрезвычайных обстоятельств, препятствующих явке в суд; если в результате принятых мер установить место нахождения свидетеля для вызова в судебное заседание не представилось возможным. Решение об оглашении показаний свидетеля может быть принято судом при условии предоставления подсудимому в предыдущих стадиях производства по делу возможности оспорить эти доказательства предусмотренными законом способами.

Согласно протоколу судебного заседания, судом первой инстанции при наличии возражений подсудимого К. были оглашены показания двоих не явившихся свидетелей при отсутствии оснований? предусмотренных п.п. 2-5 ч. 2, ч. 21 ст. 281 УПК РФ, а показания третьего свидетеля были оглашены с согласия защитника при наличии возражений со стороны подсудимого.

Согласно п. 3 ч. 4 ст. 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокат не вправе занимать по делу позицию вопреки воле доверителя, за исключением случаев, когда адвокат убежден в наличии самооговора доверителя.

Указанные требования закона судом были не соблюдены, позиция защитника противоречила интересам подзащитного, что свидетельствует о существенном нарушении права подсудимого на защиту.

Судебная коллегия также установила, что приговор в части разрешения гражданского иска не отвечает положениям пункта 41 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», согласно которым судебное решение должен излагаться в ясных и понятных выражениях, а также не соблюдены требования ст. 54 УПК РФ.

Потерпевшей по делу был заявлен гражданский иск о взыскании с К. в её пользу 3 000 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Суд в нарушение положений ст.54 УПК РФ не выяснил вопрос об отношении подсудимого к заявленному потерпевшей в судебном заседании гражданскому иску.

При этом в приговоре судом указано, что потерпевшей по делу заявлен иск о возмещении морального вреда в размере 500 000 рублей.

Однако по результатам рассмотрения гражданского иска судом было принято решение о взыскании с К. в пользу потерпевшей в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей, а исковые требования потерпевшей в части взыскания компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей оставлены без удовлетворения.

Признав допущенные судом первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона неустранимыми в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия отменила приговор, передав уголовное дело на новое судебное разбирательство.

Извлечение из апелляционного определения

от 18 марта 2021 года по делу № 22-1239/2021

 

 

3. Существенные противоречия содержания протокола судебного заседания и его аудиозаписи, свидетельствующие о несоблюдении судом обязательной к исполнению процедуры фиксации уголовного процесса, признаны существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона, влекущими отмену приговора. 

 

Приговором Солнечногорского городского суда от 17 ноября 2020 г. М. был осужден по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ к 3 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

М. был признан виновным в покушении на кражу, то есть тайном хищении чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, с незаконным проникновением в жилище.

Судебная коллегия отменила приговор ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона, выразившихся в несоблюдении требований частей 1,3 статьи 259 УПК РФ, части 7 статьи 241 УПК РФ.

По смыслу закона, основываясь на данных протокола судебного заседания, стороны обосновывают свои возражения против принятого судом решения, а суд апелляционной инстанции проверяет соблюдение судом требований уголовно-процессуального закона и соответствие судебного решения установленным в ходе судебного разбирательства фактическим данным.

В вынесенном по итогам судебного заседания решении должны быть отражены и надлежащим образом оценены все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения уголовного дела, при этом позиция сторон в судебном решении излагается в строгом соответствии с протоколом судебного заседания.

Провозглашение приговора является завершающим актом постановления приговора и важным действием суда, влекущим определенные правовые последствия.

Приговор должен быть составлен и провозглашен полностью, за исключением случаев, предусмотренных ч.7 ст.241 УПК РФ.

Однако при сопоставлении имеющегося в уголовном деле протокола судебного заседания с аудиозаписью судебного заседания судебной коллегией было установлено их несоответствие, как в части соблюдения процессуальных прав осужденного М., процедуры рассмотрения уголовного дела, так и в части содержания приговора.

В ходе допроса подсудимого М., вопросы, которые задавались ему защитником, государственным обвинителем и судьей, содержавшиеся на аудиозаписи протокола судебного заседания, и ответы на них подсудимого, а также его позиция по предъявленному обвинению, полностью не соответствовали вопросам и ответам, отраженным в тексте протокола судебного заседания.

При этом позиция адвоката, представлявшего интересы М. в порядке ст.51 УПК РФ, не соответствовала позиции подсудимого, который на протяжении всего судебного заседания признавал лишь незаконное проникновение в чужое жилище.

Согласно тексту протокола, в судебных прениях позиция подсудимого соответствовала позиции защитника, однако из аудиозаписи судебного заседания следовало, что подсудимый отказался и от участия в прениях, и от последнего слова.

Кроме того, аудиозапись судебного заседания и текст протокола судебного заседания содержали существенные противоречия в части исследованных доказательств, а приговор, провозглашенный судьей - значительные противоречия, как в содержании, так и в объеме, с приговором, находящимся в материалах дела.

Аудиозапись судебного заседания не содержала сведений о разъяснении осужденному его процессуальных прав после провозглашения приговора, а именно, на ознакомление с протоколом судебного заседания и его аудиозаписью, подачу на протокол замечаний.

Таким образом, существенные противоречия содержания протокола судебного заседания и аудиозаписи судебного заседания имели существенные противоречия, которые указывали на несоответствие протокола судебного заседания требованиям ст.259 УПК РФ.

Отсутствие протокола судебного заседания в том виде, в каком он должен быть оформлен и содержать необходимые реквизиты в соответствии с требованиями УПК РФ, свидетельствует о несоблюдении судом обязательной к исполнению процедуры фиксации уголовного процесса, что было признано судом апелляционной инстанции существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора.

Извлечение из апелляционного определения

от 2 марта 2021 года по делу № 22-790/2021

 

 

4. Поскольку в ходе судебного разбирательства были установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления, приговор был отменен и уголовное дело возвращено прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

 

Приговором Химкинского  городского суда от 18 мая 2020 г. Ш. был осужден по ч.1 ст.111 УК РФ к 2 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Ш. был осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Судебная коллегия отменила приговор и возвратила уголовное дело прокурору в порядке ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения, поскольку в ходе судебного разбирательства были установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации обвиняемого, как более тяжкого преступления.

Органами предварительного следствия Ш. было предъявлено обвинение и приговором суда он осужден за то, что в ходе конфликта с потерпевшим, произошедшим на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, имея умысел на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, умышленно нанес ему не менее четырех ударов рукой в область лица и головы, от чего тот упал. После чего Ш. нанёс потерпевшему не менее одного удара ногой в область лица, в результате чего были причинены, телесные повреждения в области головы и лица, в том числе глаз, которые составляют единый комплекс и квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой  утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Тяжкий вред здоровью потерпевшего был установлен по признаку  значительной стойкой  утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, так как исходом травмы глаза явилось снижение остроты зрения левого глаза - 35%.

Согласно материалам дела потерпевший сообщал следственным органам о том, что в результате  избиения его Ш., его левый глаз был не просто травмирован, а удален в июне 2019г. 

Указанные сведения при назначении и проведении судебно-медицинской экспертизы от 12.09.2019 г. не были представлены судмедэксперту и не учтены при ее проведении.

Вопрос о наличии неизгладимого обезображивания лица  потерпевшего, в результате удаления левого глаза в ходе предварительного следствия не исследовался.

В суде первой инстанции потерпевший так же сообщал о наступивших последствиях в виде удаления левого глаза, однако данное обстоятельство оценки суда не получило, вопрос о неизгладимом обезображивании лица не обсуждался, хотя потерпевший настаивал на том, что удаление глаза повлекло обезображивание лица.

Допрошенный в суде апелляционной инстанции судебно-медицинский эксперт пояснил, что удаление глаза относится к неизгладимым повреждениям, а тот факт, что потерпевшему был удален глаз, при оценке вреда его здоровью может повлечет за собой увеличение процентов утраты трудоспособности.

Согласно ч.1 ст. 111 УК РФ, по данной статье УК РФ также может квалифицироваться причинение телесного повреждения выразившегося в неизгладимом обезображивании лица.

Вопрос об обезображивании лица человека, является юридическим и оценочным, должен разрешаться исходя из общепринятых эстетических представлений о красоте, привлекательности человеческого лица с учетом всех обстоятельств дела, в том числе и мнения потерпевшего и других участников уголовного судопроизводства, за исключением врача - судебно-медицинского эксперта, заключение которого ограничивается лишь установлением неизгладимости причиненного повреждения.

Таким образом, судебная коллегия установила, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, не в полной мере соответствуют обстоятельствам, установленным в ходе судебного следствия, в том числе, с учетом показаний судебно-медицинского эксперта, что свидетельствует о наличии оснований для квалификации действий Ш. как более тяжкого преступления.

Судебная коллегия пришла к выводу, что при указанных обстоятельствах суд лишен возможности принять законное и обоснованное решение на основании обвинительного заключения, и уголовное дело подлежит направлению прокурору для дачи надлежащей правовой оценки действиям обвиняемого.

Извлечение из апелляционного определения

от 31 марта 2021 года по делу № 22-1605/2021

 

 

5. Нарушение судом положений ч.7 ст.241 УПК РФ повлекло отмену приговора, поскольку преступление, в совершении которого лицо было признано виновным, не относится к преступлениям в сфере экономической деятельности, в связи с чем, суд не вправе был оглашать лишь вводную и резолютивную часть судебного решения.

 

Приговором Жуковского городского суда от 15 декабря 2020 г. С. был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.201 УК РФ, то есть в злоупотреблении полномочиями, то есть в использовании лицом, выполняющим управленческие  функции в коммерческой организации, вопреки законным интересам этой организации в целях извлечения выгод и преимуществ для себя, когда это деяние повлекло причинение существенного вреда правам и интересам другой организации в целях извлечения выгод и преимуществ для себя, когда это деяние повлекло причинение существенного вреда правам и интересам другой организации.

С. и представитель потерпевшей стороны в апелляционном порядке обжаловали приговор, ссылаясь на допущенные судом нарушения уголовно-процессуального закона.

При проверке доводов жалоб по протоколу судебного заседания было установлено, что 10 декабря 2020 года судьей было оглашено постановление об оглашении вводной и резолютивной части приговора, после чего приговор был провозглашен в сокращенном формате. 20 февраля 2021 г. осужденному была вручена копия полного текста приговора.

Апелляционная инстанция отменила приговор ввиду нарушения положений ст.310 УПК РФ, по смыслу которой приговор должен быть постановлен и провозглашен полностью, за исключением случаев, предусмотренных ч.7 ст.241 УПК РФ. Часть 7 статьи 241 УПК РФ предусматривает возможность суду в случае рассмотрения уголовного дела о преступлениях в сфере экономической деятельности огласить только вводную и резолютивную часть приговора, однако преступление, предусмотренное ч.1 ст.201 УК РФ не относится к преступлениям данной категории.

Извлечение из апелляционного определения

от 11 мая 2021 года по делу № 22-2176/2021

 

                                   

6. Нарушение положений ст.307 УПК РФ при постановлении приговора повлекло его отмену с направлением уголовного дела в части на новое рассмотрение.

 

Приговором Талдомского районного суда от 9 декабря 2020 г. К был осужден за совершение семи краж с незаконным проникновением в жилище, а также за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления путем обещаний и иным способом, связанным с вовлечением несовершеннолетнего в совершение тяжкого преступления (ч.4 ст.150 УК РФ).

Апелляционная инстанция отменила приговор в части осуждения К. по ч. 4 ст.150 УК РФ ввиду нарушений положений ст.307 УПК РФ при постановлении приговора.

В соответствии с ч.2 ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть приговора, помимо описания преступного деяния, признанного доказанным, должна содержать доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Однако в части осуждения К. по ч.4 ст.150 УК РФ указанные требования закона судом не были соблюдены.

В части вовлечения К. несовершеннолетнего в совершение тяжкого преступления судом не были приведены в приговоре показания подсудимого, свидетелей, иные доказательства по уголовному делу, не дан анализ доказательствам, подтверждающим обоснованность обвинения, отсутствовали какие-либо суждения относительно правовой оценки его действий в этой части обвинения.

Ввиду допущенных существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем несоблюдения процедуры судопроизводства повлияли на вынесение обоснованного решения, судебная коллегия отменила приговор в части осуждения К. по  ст.150 УК РФ, направив его на новое рассмотрение.

Извлечение из апелляционного определения

от 16 февраля 2021 года по делу № 22-398/2021

 

 

7. Правильно установив фактические обстоятельства по делу, суд дал неверную правовую оценку действиям подсудимого, поскольку его умысел на дачу взятки не был доведен до конца по независящим от него обстоятельствам.

 

Приговором Химкинского городского суда от 25 января 2021 г. О. был признан виновным в даче взятки должностному лицу лично за совершение заведомо незаконного бездействия.

В судебном заседании О. виновным себя признал полностью.

При проверке доводов апелляционного представления прокурора судебная коллегия пришла к выводу о неверной правовой оценке действий осужденного.

Судом было установлено, что О., будучи задержанным сотрудниками полиции за совершение административного правонарушения при управлении транспортным средством, с целью избежать составления в отношении него протокола об административном правонарушении сотрудниками полиции, пытался передать им в качестве взятки денежные средства в размере 15 тысяч рублей, которые сотрудниками полиции приняты не были, в связи с чем, осужденный не довел свой умысел на дачу взятки до конца по независящим от его воли обстоятельствам.

Правильно установив фактические обстоятельства по делу, суд дал неверную правовую оценку действиям подсудимого, поскольку его умысел на дачу взятки не был доведен до конца по независящим от него обстоятельствам.

Судебная коллегия переквалифицировала действия О. с ч.3 ст. 291 УК РФ на ч.3 ст. 30, ч.3 ст. 291 УК РФ, признав наличие в его действиях покушения на дачу взятки должностному лицу лично за совершение заведомо незаконного бездействия, смягчив назначенное наказание.

Извлечение из апелляционного определения

от 23 марта 2021 года по делу № 22-1682/2021

 

 

8. Поскольку в результате открытого хищения чужого имущества потерпевшему было причинено насилие, не опасное для жизни и здоровья, действия осужденного были переквалифицированы с разбоя на грабеж.

   

Приговором Мытищинского городского суда от 6 ноября 2020 г. О. был осужден по ч.1 ст. 162 УК РФ за совершение разбойного нападения в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни и здоровья.

Судебная коллегия при проверке доводов апелляционной жалобы осужденного и его защитника, пришла к выводу, что суд правильно установил фактические обстоятельства, однако дал неверную правовую оценку содеянного.

Пункт 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» содержит разъяснение о том, под насилием, не опасным для жизни или здоровья (пункт «г» части второй статьи 161 УК РФ), следует понимать побои или совершение иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы (связывание рук, применение наручников, оставление в закрытом помещении и др.).

Под насилием, опасным для жизни или здоровья (статья 162 УК РФ), следует понимать такое насилие, которое повлекло причинение тяжкого и средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, а также причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности.

Из материалов уголовного дела и приговора суда следовало, что в процессе совершения О. открытого хищения имущества потерпевшего - мобильного телефона, потерпевшему были нанесены удары кулаками по лицу, а в последующем, с целью удержания похищенного телефона, - удары ногами по телу.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы действиями О. потерпевшему были причинены ссадины, которые не повлекли кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату трудоспособности.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия действия О. переквалифицировала на п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества,  с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья потерпевшего.

Извлечение из апелляционного определения

от 11 февраля 2021 года по делу № 22-57/2021

 

 

9. Из осуждения по ч.1 ст.228 УК РФ исключено незаконное хранение наркотического вещества, поскольку осужденный был задержан непосредственно после получения им из тайника («закладки») наркотического средства, в силу чего не имел возможности владеть и распоряжаться им.

 

Приговором Сергиево-Посадского городского суда от 1 апреля 2021 П.  был осужден по ч. 1 ст.228 УК РФ к 1 году лишения свободы; по ч.2 ст.228 УК РФ к 3 годам 4 месяцам лишения свободы, на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

П. был признан виновным в незаконном приобретении, хранении без цели сбыта наркотических средств в значительном размере - героин массой 0,64 грамма, имевшем место 24 июля 2020 года, и незаконном хранении без цели сбыта наркотических средств в крупном размере – героин массой 2,80 грамма.

Судебная коллегия установила, что при осуждении  П. за преступление от 24  июля 2020 года за незаконное приобретение и хранение наркотических средств без цели сбыта в значительном размере судом нарушены требования уголовного закона.

Согласно материалам уголовного дела в отношении П. 24 июля 2020 года в целях проверки оперативной информации осуществлялось оперативно-розыскное мероприятие - «наблюдение», в ходе которого сотрудники полиции держали П. в поле зрения и видели, как он от жилого дома, после получения увиденной информации в телефоне, направился к лежащим бетонным столбам, у которых стал рыть землю. В ходе поисков П. поднял с земли предмет, положив его в карман. После чего П. был остановлен сотрудниками полиции, произведен его личный досмотр, изъят сверток, в котором обнаружено вещество, признанное наркотическим веществом - героином массой 0,64 грамма.

По смыслу ст. 228 УК РФ и согласно правовой позиции, содержащейся в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2006 № 14 (ред. от 16.05.2017) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», под незаконным хранением без цели сбыта наркотических средств следует понимать действия лица, связанные с незаконным владением этими средствами, в том числе, для личного потребления (содержание при себе, в помещении, тайнике и других местах). При этом не имеет значения, в течение какого времени лицо незаконно хранило наркотическое средство.

Таким образом, объективная сторона незаконного хранения наркотических средств включает в себя непосредственное владение указанным средством и, как следствие, возможность распоряжения наркотиком. Незаконное хранение наркотических средств относится к длящимся преступлениям и считается оконченным с момента его пресечения, в том числе и фактического задержания лица.

Суд установил, что П. был задержан сотрудниками полиции непосредственно после получения им из тайника («закладки») наркотического средства, поэтому его действия охватываются квалификацией как незаконное приобретение наркотических средств.

При таких обстоятельствах, осуждение П. за незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств в значительном размере было исключено из приговора, определено считать П. осужденным по преступлению от 24 июля 2020 года по ч.1 ст.228 УК РФ за незаконное приобретение наркотических средств без цели сбыта  в значительном размере.

Уменьшение объема обвинения по ч.1 ст.228 УК РФ не повлекло смягчения наказания по ч.1 ст.228 УК РФ, которое назначено в минимальном размере при рецидиве преступления, при отсутствии оснований для применения положений ч.3 ст. 68 УК РФ. Однако судебная коллегия с учетом указанных обстоятельств смягчила наказание, назначенное в порядке ч.3 ст. 69 УК РФ.

Извлечение из апелляционного определения

от 1 апреля 2021 года по делу № 22-1932/2021

 

 

10. Высушивание и измельчение части растений конопли и получение, таким образом, пригодного для употребления наркотического средства, не свидетельствует о его изготовлении, в связи с чем, из приговора исключено осуждение за незаконное изготовление наркотических средств без цели сбыта.

 

Приговором Мытищинского городского суда от 30 декабря 2020 г., постановленном в порядке главы 40 УПК РФ,  С. был осужден по ч.1 ст. 228 УК РФ за незаконное изготовление и хранение наркотических средств без цели сбыта в значительном размере (марихуана массой 56,6 грамма).

Суд пришел к правильному выводу о том, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно и подтверждено доказательствами, собранными по уголовному делу, и квалифицировал действия С. по ч.1 ст.228 УК РФ как незаконное хранение наркотических средств без цели сбыта.

Однако, квалификация действий С. по признаку изготовления наркотических средств в рамках предъявленного обвинения, была признана судебной коллегией необоснованной.

С. обвинялся в том, что он вырастил в своем доме из семян конопли-каннабиса (марихуана) не более шести растений, высушил и измельчил часть из них, получив наркотическое средство из растения конопля-каннабис (марихуана) без цели сбыта массой не менее 63 грамм, что в перерасчете на высушенное до постоянной массы составило не менее 56,6 граммов. Указанную массу С хранил в своем доме до изъятия ее сотрудниками полиции.

В соответствии с п.9 постановления Пленума Верховного Суда РФ №14 от 15.06.2006 года (ред. от 16.05 2017 года) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» под незаконным изготовлением наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов без цели сбыта следует понимать совершенные в нарушение законодательства Российской Федерации умышленные действия, в результате которых из растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, лекарственных, химических и иных веществ получено одно или несколько готовых к использованию и потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов.

Измельчение, высушивание или растирание растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, растворение наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов водой без дополнительной обработки в виде выпаривания, рафинирования, возгонки и т.п., в результате которых не меняется химическая структура вещества, не могут рассматриваться как изготовление или переработка наркотических средств.

Таким образом, высушивание и измельчение части растений конопли, содержащей наркотическое вещество, и получение, таким образом, пригодного для употребления наркотического средства, не свидетельствует о его изготовлении.

При таких обстоятельствах, из осуждения С. по ч.1 ст.228 УК РФ было исключено изготовление наркотического средства без цели сбыта в значительном размере, а назначенное наказание, с учетом уменьшения объема обвинения - смягчено.

Извлечение из апелляционного определения

от 16 февраля 2021 года по делу № 22-792/2021

 

 

11. Нарушение судом положений ч.1 ст.70, п. «б» ч.1 ст.71 УК РФ при назначении наказания по совокупности приговоров повлекло изменение судебного решения.

 

Приговором Щелковского городского суда от 27 января 2021 г. С., ранее судимый 24.04.2017 года по ч.1 ст.228.1 УК РФ к 4 годам лишения свободы, в последствии с заменой неотбытой части наказания на ограничение свободы сроком 1 год 10 месяцев 16 дней, освобожденный 7 мая 2019 года, - был осужден по ч. 1 ст. 161 УК РФ, по ч.1 ст. 159 УК РФ, на основании ч.2 ст.69 УК РФ к 1 году 10 месяцам лишения свободы. На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию ему частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору от 24.04.2017 года в размере 2 месяцев и окончательное наказание назначено в виде 2 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Судебная коллегия признала, что наказание С. за совершенные преступления назначено в соответствии с требованиями ст.6, 60, ч.1, 5 ст.62, ч.2 ст.68 УК РФ, однако нарушены требования уголовного закона при назначении наказания по совокупности приговоров.

Согласно ст.70 УК РФ при назначении наказания по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по последнему приговору, частично или полностью присоединяется неотбытая часть наказания по предыдущему приговору суда.

Приговором от 24.04.2017 года С. был осужден по ч.1 ст.228.1 УК РФ к 4 годам лишения свободы.

24 апреля 2019 года неотбытая часть наказания заменена на ограничение свободы сроком 1 год 10 месяцев 16 дней, С. освобожден из мест лишения свободы 7 мая 2019 года.

Данное наказание отбывалось осужденным до дня вынесения приговора, когда он 27 января 2021 года был взят под стражу.

Таким образом, с 7 мая 2019 года до 27 января 2021 года осужденным было отбыто 1 год 8 месяцев 20 дней наказания в виде ограничения свободы, и неотбытый срок наказания составлял 1 месяц 26 дней. 

При присоединении необытого наказания суду следовало исходить из требований п. «б» ч.1 ст. 71 УК РФ, в силу которого одному дню лишения свободы соответствуют два дня ограничения свободы, то есть могло быть присоединено не более 28 дней лишения свободы.

Поскольку судом первой инстанции при присоединении в порядке назначения наказания по совокупности приговоров 2 месяцев лишения свободы были нарушены требования ч.1 ст.70, п. «б» ч.1 ст.71 УК РФ, приговор в части назначения наказания по совокупности приговоров был изменен.

Кроме того, осужденный С. был взят под стражу в зале суда для исполнения оглашенного приговора. Однако приговором не был решен вопросе о зачете в срок наказания времени нахождения под стражей с 27 января 2021 года до вступления приговора в законную силу, в связи с чем, в приговор были внесены изменения в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ.

Извлечение из апелляционного определения

от 18 мая 2021 года по делу № 22-3069/2021

 

 

12. Суд необоснованно признал, что хищение совершено в отношении электронных денежных средств, в связи с чем, данный квалифицирующий признак был исключен, а действия осужденного квалифицированы как тайное хищение чужого имущества, совершенное с банковского счета (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ст.159.3 УК РФ) по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ.  

 

Приговором Подольского городского суда от 13 апреля 2021 г. С. был признан виновным в совершении трех квалифицированных краж, а также в совершении тайного хищения чужого имущества, совершенного с банковского счета, в отношении электронных денежных средств (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ст.159.3 УК РФ ).

Судебная коллегия по представлению прокурора изменила приговор в части осуждения С. за совершение тайного хищения чужого имущества, совершенного с банковского счета, в отношении электронных денежных средств (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ст.159.3 УК РФ), ввиду неверного применения уголовного закона.

При квалификации действий С. по факту хищения денежных средств, принадлежащих потерпевшему Х., с банковской карты, расчетного счета открытого на имя Х. в отделении ПАО «Сбербанк России», посредством сети «Интернет», с использованием приложения «Сбербанк онлайн», суд не учел, что к электронным денежным средствам похищенные денежные средства согласно Федерального закона от 27.06.2011 года «О национальной платежной системе» не относятся.

В пункте 18 указанного закона разъяснено, что электронные денежные средства - это денежные средства, которые предварительно предоставлены одним лицом (лицом, предоставившим денежные средства) другому лицу, учитывающему информацию о размере предоставленных денежных средств без открытия банковского счета (обязанному лицу), для исполнения денежных обязательств лица, предоставившего денежные средства, перед третьими лицами и в отношении которых лицо, предоставившее денежные средства, имеет право передавать распоряжения исключительно с использованием электронных средств платежа.

При этом не являются электронными денежными средствами денежные средства, полученные организациями, осуществляющими профессиональную деятельность на рынке ценных бумаг, клиринговую деятельность, деятельность оператора финансовой платформы, деятельность по организации привлечения инвестиций, деятельность по управлению инвестиционными фондами, паевыми инвестиционными фондами и негосударственными пенсионными фондами, деятельность операторов информационных систем, в которых осуществляется выпуск цифровых финансовых активов, и (или) деятельность операторов обмена цифровых финансовых активов и осуществляющими учет информации о размере предоставленных денежных средств без открытия банковского счета в соответствии с законодательством, регулирующим деятельность указанных организаций (в ред. Федеральных законов от 02.08.2019 N 259-ФЗ, от 20.07.2020 N 212-ФЗ, от 31.07.2020 N 259-ФЗ)

Таким образом, суд необоснованно указал, что хищение было совершено в отношении электронных денежных средств, в связи с чем, данный квалифицирующий признак был исключен из осуждения С., а его действия квалифицируются как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с банковского счета (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ст.159.3 УК РФ) п. «г»  ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Извлечение из апелляционного определения

от 8 июня 2021 года по делу № 22-3548/2021

 

 

13. Приговор изменен, поскольку при назначении наказания по совокупности преступлений, за каждое из которых назначены различные виды наказаний, в том числе и ограничение свободы, а по совокупности преступлений назначается иной, чем ограничение свободы, более строгий вид наказания в виде лишения свободы, соответствующие ограничения и обязанности должны быть указаны наряду со сроком ограничения свободы за конкретное деяние, входящее в совокупность преступлений.

 

Приговором Серпуховского городского суда от 27 января 2021 г. Т. был осужден за совершение трех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119 УК РФ, за каждое из которых назначено наказание в виде 1 года ограничения свободы, по ст.222 ч.1 УК РФ к 2 годам лишения свободы,  по ст.139 ч.1 УК РФ к 8 месяцам исправительных работ с удержанием ежемесячно в доход государства 5% заработной платы, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно Т. назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговор был изменен судебной коллегией ввиду несоблюдения требований Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации об общих началах назначения уголовного наказания.

Согласно ст.308 УПК РФ в резолютивной части обвинительного приговора должны быть указаны, в том числе вид и размер наказания, назначенного подсудимому за каждое преступление, в совершении которого он признан виновным, а также окончательная мера наказания, подлежащая отбытию в соответствии со статьями 69 - 72 УК РФ. При этом наказание должно быть определено таким образом, чтобы не возникало никаких сомнений при его исполнении.

Т. был осужден по совокупности преступлений, отнесенных законодателем к категории небольшой и средней тяжести, по которым ему назначены разные виды уголовного наказания, а именно исправительные работы,  ограничение свободы и лишение свободы.

По смыслу закона ограничение свободы, как вид наказания, заключается в установлении судом осужденному перечисленных в ч.1 ст.53 УК РФ  ограничений, а также в возложении обязанностей.

Это требование закона судом при вынесении приговора не было выполнено. 

Назначив Т. по ч.1 ст.119  УК РФ за совершение трех преступлений  наказание в виде ограничения свободы, суд, определив ему срок наказания, в нарушение вышеуказанных требований закона, не установил ограничения и не возложил обязанности.

Несмотря на содержащиеся в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» разъяснения, следует иметь в виду, что соответствующие ограничения и обязанности указываются после назначения окончательного наказания только в случае назначения такого наказания в виде ограничения свободы как основного наказания, либо если ограничение свободы назначается в качестве дополнительного наказания.

По смыслу закона при назначении наказания по совокупности преступлений, за каждое из которых назначены различные виды наказаний, в том числе и ограничение свободы, а по совокупности преступлений назначается иной, чем ограничение свободы, более строгий вид наказания в виде лишения свободы, соответствующие ограничения и обязанности должны быть указаны наряду со сроком ограничения свободы за конкретное деяние, входящее в совокупность преступлений.

Таким образом, при назначении за каждое преступление различных видов наказаний, указание за одно, из входящих в совокупность преступлений, лишь срока ограничения свободы без указания соответствующих ограничений и возложении обязанностей признается как не назначение наказания.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия признала наказание Т. по ч.1 ст.119 УК РФ за совершение трех преступлений не назначенным, что исключает возможность учитывать осуждение по ним при назначении виновному наказания по совокупности преступлений в соответствии с ч.2 ст.69 УК РФ.

Извлечение из апелляционного определения

от 20 апреля 2021 года по делу № 22-2397/2021

 

 

14. Приговор был изменен, поскольку суд, вопреки положениям ч.2 ст. 63 УК РФ, учел при назначении наказания совершение преступления лицом, находящимся в состоянии опьянения, что является квалифицирующим признаком п. «а» ч.4 ст. 264 УК РФ.

 

Приговором Истринского городского суда от  22 января 2021 года С. был признан виновным в том, что как лицо, управляющее автомобилем, находясь в состоянии опьянения, нарушил Правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть человека и  причинение тяжкого вреда здоровью другого человека и осужден по п. «а» ч.4 ст.264 УК РФ к 5 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Судебная коллегия изменила приговор ввиду нарушения судом нарушения требований Общей части Уголовного Кодекса РФ при назначении наказания.

Мотивируя решение вопросов, относящихся к назначению С. наказания, суд вопреки положениям ч.2 ст.63 УК РФ учел совершение преступления лицом, находящимся в состоянии опьянения, что является квалифицирующим признаком п. «а» ч.4 ст. 264 УК РФ.

Кроме того, в нарушение положений ч.3 ст.60 УК РФ суд при назначении наказания учел непринятие мер к заглаживанию вреда, что не отнесено законом к числу обстоятельств, учитываемых при назначении наказания.

Отбывание лишения свободы в исправительной колонии общего режима судом было назначено правильно, в связи с осуждением за преступление,  квалифицированное по п. «а» ч.4 ст.264 УК РФ, и совершенное после 28.06.2019 года, за которое санкцией предусмотрено максимальное наказание на срок до 12 лет лишения свободы, и отнесенное  к категории тяжких преступлений в соответствии с ч.4 ст. 15 УК РФ  (в редакции от 17.06.2019 №146-ФЗ), согласно которой неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание не превышает пятнадцати лет лишения свободы, признаются тяжкими преступлениями.

В то же время суд ошибочно указал, что руководствовался при назначении вида исправительного учреждения п. «а» ч.3 ст.58 УК РФ, тогда как надлежало руководствоваться п. «б» ч.1 ст. 58 УК РФ, согласно которой мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, отбывание лишения свободы назначается  в исправительных колониях общего режима.

Извлечение из апелляционного определения

от 30 марта 2021 года по делу № 22-1815/2021

 

 

 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

 

Споры, связанные с защитой права собственности и других вещных прав

 

1. Земельный участок может быть истребован у добросовестного приобретателя в пределах срока исковой давности, если он выбыл из владения муниципального образования помимо его воли.

 

Управление земельных отношений Раменского городского округа обратилось с иском к Н. о прекращении зарегистрированного права собственности на земельный участок, признании недействительными результатов межевания, снятии участка с кадастрового учета и истребовании участка из незаконного владения.

Иск мотивирован тем, что вступившим в законную силу приговором суда от 1.09.2017 года С. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ. Приговором установлено, что в результате преступных действий его и другого лица на основании подложного свидетельства о праве собственности на землю и архивной копии постановления от 10.11.1992 года на имя К., за нею было зарегистрировано право собственности на спорный земельный участок. 14.07.2011 года между К.и.З. заключен договор купли-продажи, 26.07.2012 года заключен договор купли-продажи между З. и Е., 17.06.2015 года заключен договор купли-продажи между Е. и М. По договору купли-продажи от 7.04.2016 года спорный участок приобрела ответчик Н.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции исходил из того, что решение органа местного самоуправления о предоставлении земельного участка К. не принималось, правовые основания для приобретения участка у неё отсутствовали, соответственно ответчик Н. не является законным обладателем данного земельного участка.  Также суд указал, что срок исковой давности истцом не пропущен, его надлежит исчислять с даты вступления в законную силу приговора суда.

Решением Раменского городского суда Московской области от
12.10.2020 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии, исковые требования удовлетворены.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 17.03.2021 года апелляционное определение отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела судебная коллегия признала ошибочным вывод суда о том, что срок исковой давности истцом не пропущен и указала, что истец должен был узнать о нарушении своего права ранее, чем вступил в силу приговор суда. Это следовало из документов в материалах уголовного дела: копии постановления о наложении ареста на имущество от 14.11.2016 года с указанием спорного земельного участка; протокола обыска (выемки) от 18.02.2016 года с указанием данного участка; постановления о производстве выемки участка от 9.02.2016 года; уведомления главе Раменского муниципального района от 11.01.2017 года о том, что в ходе расследовании дела выявлен факт постановки на учет указанного участка, в котором содержалась  просьба сообщить сведения о его выделении.

В постановлении о наложении ареста на участок от 14.11.2016 года содержатся показания представителя потерпевшего администрации Раменского муниципального района И., где он указывает, что участок в собственность граждан не выделялся, был незаконно поставлен на кадастровый учет, на него зарегистрировано право собственности на основании подложного правоустанавливающего документа. Переход права собственности спорного земельного участка к ответчику Н. состоялся 18.04.2016 года.

Судебная коллегия указала, что исковое заявление подано в суд 8.05.2020 года, за пределами трёхлетнего срока исковой давности.

Судебная коллегия не согласилась и с выводами суда первой инстанции о том, что участок выбыл из владения истца помимо его воли.

Материалами дела подтверждается добросовестность ответчика и наличие воли муниципального образования на выбытие земельного участка из его владения, а именно, согласование муниципальным образованием инженерно-топографического плана в связи с проведением на участке Н. электрических сетей.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 24.05.2021 года решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

Извлечение из апелляционного определения

от 24 мая 2021 года по делу № 33-12488/2021

 

2.  Если земельный участок предоставлен в аренду для возведения временных строений либо легко возводимых конструкций, то основания для признания права собственности на фактически возведенное строение капитального типа отсутствуют.

 

С.И.И. обратился в суд с иском к Г.И.И., ООО «БИОНТ», Администрации городского округа Клин об установлении факта владения и пользования С.И.С. при жизни объектом недвижимости - сооружением торгового павильона, включении объекта в наследственную массу и признании права собственности в порядке наследования на указанное имущество.

Ссылался на то, что торговый павильон расположен на земельном участке, предоставленном Администрацией городского округа Клин по договору аренды его отцу С.И.С. Спорный объект был приобретён отцом по договору купли-продажи от 15.06.2005 года, заключенному с ООО «БИОНТ». При жизни С.И.С. не успел зарегистрировать право собственности на объект. Ответчик Г.И.И. срок для принятия наследства пропустила.

Решением Клинского городского суда Московской области от 5.06.2020 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 17.05.2021 года, в удовлетворении исковых требований отказано.

Из дела следует, что торговый павильон был приобретен С.И.С. по договору купли-продажи в 2005 году.

Постановлением Администрации Клинского муниципального района Московской области от 29.04.2010 года С.И.С. предоставлен в аренду сроком на 11 месяцев земельный участок, площадью 133 кв.м. для размещения торгового павильона (категория земель: земли населенных пунктов).

Между Администрацией района и С.И.С. заключен договор аренды земельного участка на срок с 17.08.2011года по 17.08.2014 года. После смерти С.И.С. договор аренды был заключен Администрацией района с супругой умершего С.Н.И. на срок с 15.02.2016 года по 15.02.2019 года.

После смерти С.Н.И. право аренды земельного участка перешло к истцу С.И.И. на основании свидетельства о праве на наследство по закону.

Из заключения проведенной по делу судебной экспертизы следует, что размещенный на земельном участке объект является капитальным строением (стационарным торговым объектом), соответствует действующим строительным, санитарным и пожарным нормам и правилам и не соответствует целевому назначению земельного участка «для размещения торгового павильона».

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 17.05.2021 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Судебная коллегия согласилась с выводами суда первой инстанции, указавшего, что  разрешение на размещение указанного объекта недвижимости как стационарного объекта не представлено, как и доказательств разрешения на ввод объекта в эксплуатацию. Спорный объект недвижимости возведен на не отведенном для этой цели земельном участке и без соответствующего разрешения.

Дополнительно судебная коллегия указала, что земельный участок предоставлялся в аренду для временного размещения торгового павильона, а не под строительство объекта капитального строительства.  Использование земельного участка не в тех целях, для которых он предоставлен, является нарушением положений пункта 1 статьи 615 ГК РФ. Спорный объект недвижимости не соответствует разрешенному виду использования земельного участка, в связи с чем не имеется в совокупности условий, предусмотренных ст. 222 ГК РФ,  для включения его в наследственную массу и признания права собственности за истцом.

Извлечение из апелляционного определения

от 17 мая 2021 года по делу № 33-13624/2021

 

3. Для признания публичных торгов недействительными необходимо установить существенные нарушения, которые повлияли на результаты торгов и привели к ущемлению прав и законных интересов истца.

 

А. обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю К., ООО «Форсаж», ТУ ФАУГИ в Московской области о признании торгов недействительными, признании протокола проведения торгов открытого аукциона недействительным, применении последствий недействительности торгов, возложении обязанности по возврату земельного участка.

Решением Рузского районного суда Московской области от 18.02.2020 года в удовлетворении иска отказано.

Из дела следует, что вступившим в законную силу решением суда удовлетворен иск А. об обращении взыскания на заложенное имущество, принадлежащее П., а именно: на два земельных участка площадью 721 кв. м. и 4330 кв.м.; определен способ реализации  имущества в виде продажи с публичных торгов, с установлением начальной продажной цены в размере 3 228 000 руб.

Судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства и 18.04.2018 года вынесено постановление о передаче имущества на реализацию на торгах. По поручению ТУ ФАУГИ в Московской области реализацию арестованного имущества  производило ООО «Форсаж».

16.07.2018 года первичные торги признаны несостоявшимися в связи с отсутствием допущенных участников.  Судебным приставом вынесено постановление о снижении цены реализации имущества на 15%  - до 2 743 800 руб.

6.08.2018 года проведены повторные торги, по результатам которых победителем аукциона признан индивидуальный предприниматель К. С ним заключен договор купли-продажи земельных участков.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что нарушений установленных законом правил проведения торгов допущено не было.

Отменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия привела положения статьи 449 ГК РФ, устанавливающей основания признания торгов недействительными, и разъяснения, содержащиеся в пункте 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года N 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства»,  и исходила из того, что приведенный в пункте 1 статьи 449 ГК РФ  перечень оснований для признания публичных торгов недействительными не является исчерпывающим.

Судебная коллегия указала, что решением Арбитражного суда города Москвы от 10.12.2018 года заявление ООО «Форсаж» о признании незаконными решения УФАС по городу Москве по делу N 1-100-1471/77-18 от 27.08.2018 года и Предписания УФАС по городу Москве от 6.09.2018 года по делу N 1-00-1471/77-18 оставлено без удовлетворения. Решением арбитражного суда установлено, что 6.08.2018 года на сайте было опубликовано извещение о проведении торгов, прием заявок начался 3.08.2018 года, при этом информация относительно реального расположения земельного участка с указанием кадастрового номера была опубликована на официальном сайте только 13.08.2018 года, за день до окончания приема заявок, в связи с чем действия организатора торгов были оценены как создающие условия для воспрепятствования участия в торгах неограниченного круга лиц, подачи заявок, так как полная информация о предмете процедуры несвоевременно была указана их организатором без продления срока подачи заявок.

Судебная коллегия указала, что обстоятельства, установленные решением Арбитражного суда города Москвы от 10.12.2018 года, доказывают как факт допущенных при проведении торгов нарушений, так и факт нарушения прав истца, которая была заинтересована в получении рыночной стоимости от реализации выставленных на торги земельных участков. Допущенные организатором торгов нарушения повлияли на их результаты и повлекли для истца получение за земельные участки меньшей стоимости.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 7.06.2021 года решение суда первой инстанции отменено, постановлено новое решение о частичном удовлетворении исковых требований о признании публичных торгов, протокола подведения итогов открытого аукциона о результатах торгов недействительными, применении последствий недействительности торгов. 

Извлечение из апелляционного определения

от 07 июня 2021 года по делу № 33-14337/2021 

 

 

Споры, возникающие из наследственных правоотношений

 

4. Срок для принятия наследства может быть восстановлен  наследнику при представлении доказательств, свидетельствующих о том, что он не знал и не должен был знать об открытии наследства по не зависящим от него обстоятельствам, к числу которых нежелание поддерживать родственные отношения и отсутствие интереса к судьбе наследодателя не относятся.

 

А. обратилась с иском к Г. о восстановлении срока принятия наследства, признании недействительным свидетельства о праве на наследство, признании права собственности на 1/2 долю квартиры в порядке наследования по закону.

Ссылалась на то, что 16.01.2019 года в г. Мурманске умер её отец, который был зарегистрирован в г. Ногинске, где ему на праве собственности принадлежала квартира. Свидетельство о праве собственности в порядке наследования на квартиру получила супруга умершего Г., которая не сообщила нотариусу о наличии еще одного наследника по закону первой очереди, т.е. истца. О смерти наследодателя истец узнала в начале октября 2019 года, поскольку при жизни отца у них были сложные отношения.

Решением Ногинского городского суда Московской области от 10.03.2020 года исковые требования А. удовлетворены в полном объеме. Суд исходил из того, что А. не знала о смерти отца до октября 2019 года по уважительным причинам, поскольку он проживал в другом городе, Действия супруги умершего Г., не сообщившей нотариусу о наличии другого наследника первой очереди, суд признал не отвечающими  принципу добросовестности.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда апелляционным определением от 12.05.2021 года решение суда первой инстанции отменила и постановила новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

Судебной коллегией приведены положения п. 1 ст. 1155 ГК РФ и разъяснения, содержащиеся в п. 40 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 «О судебной практике по делам о наследовании», из  которых следует, что право восстановить наследнику срок принятия наследства предоставляется суду только в случае, если наследник предоставит доказательства, что он не только  не знал об открытии наследства-смерти  наследодателя, но и не должен был знать об этом по объективным, независящим от него обстоятельствам, связанным  именно с личностью истца.

Ссылку суда на то, что А. не общалась с отцом, умершим в г.Мурманске, ввиду сложных отношений между ними, как на обстоятельства, объективно препятствующие получению информации о смерти наследодателя, судебная коллегия признала несостоятельной, поскольку проявление должной осмотрительности и заботливости в отношении наследодателя предполагает осведомленность о его судьбе, состоянии здоровья, наличие общения.

Коллегией также установлено, что наследодатель был похоронен в г. Ногинске Московской области, что не было учтено судом первой инстанции.

Судебной коллегией не установлено обстоятельств, связанных с личностью истца (наличие тяжелой болезни либо беспомощного состояния, др.), в силу которых она не знала и не должна была знать об открытии наследства. Предусмотренных законом оснований для восстановления истцу срока для принятия наследства судебной коллегией не установлено.

Извлечение из апелляционного определения

 от 12 мая 2021 года по делу № 33-13891/2021

 

 

Споры о защите прав потребителей

 

5. Штраф в пользу потребителя за неисполнение договора о реализации туристского продукта  не взыскивается, если установленный Правительством Российской Федерации срок возврата туроператором денежных средств не наступил.

 

Я. обратилась с иском к ООО «Туристическое агентство «Де Визу» о защите прав потребителей, указав, что 16.01.2020 года между сторонами был заключен договор об оказании туристских услуг, по условиям которого она должна была отправиться в тур по маршруту Италия-Лихтенштейн-Швейцария из Милана с 18.04.2020 года по 25.04.2020 года. Стоимость тура составляет 72 712 рублей. В связи с рекомендациями Ростуризма РФ и приостановкой авиасообщения с Италией, она обратилась к ответчику с заявлением о расторжении договора и возврате денежных средств, которые до настоящего времени не возвращены.

Решением Серпуховского городского суда Московской области от 24.07.2020 года исковые требования Я. удовлетворены частично. Расторгнут договор на оказание услуг, заключенный между сторонами, с ответчика в пользу Я. взысканы уплаченные по договору 72 712 рублей, штраф за неудовлетворение требований потребителя в добровольном порядке в размере 36 356 рублей, неустойка за период с 16.03.2020 года по 9.07.2020 года в размере 1 309,21 рублей, компенсация морального вреда в размере 5000 рублей, в остальной части в иске отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 5.10.2020 года решение суда первой инстанции изменено в части. Резолютивная часть решения дополнена указанием о предоставлении ООО «Туристическое агентство «Де Визу» отсрочки исполнения решения суда по выплате Я. денежных средств до 31.12.2020 года.

Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 17.02.2021 года апелляционное определение в части взыскания штрафа отменено, с направлением дела в указанной части на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 5.04.2021 года решение суда первой инстанции отменено в части взыскания с ООО «Туристическое агентство «Де Визу» в пользу Я. штрафа за неудовлетворение требования потребителя в добровольном порядке в размере 36 356 рублей, в указанной части принято новое решение об отказе во взыскании штрафа.

Принимая такое решение, судебная коллегия исходила из того, что Постановления Правительства Российской Федерации от 20 июля 2020 года № 1073 утверждено Положение об особенностях на 2020 и 2021 годы исполнения и расторжения договора о реализации туристского продукта, заключенного по 31.03.2020 года включительно, туроператорам, осуществляющим деятельность в сфере внутреннего туризма и (или) въездного туризма, и (или) выездного туризма, либо турагентом, реализующим туристский продукт, сформированный таким туроператором, включая основания, порядок, сроки и условия возврата туристам и (или) иным заказчикам туристского продукта уплаченных ими за туристский продукт денежных сумм или предоставления в  иные сроки равнозначного туристского продукта, в том числе при наличии обстоятельств, указанных в части третьей статьи 14 Федерального закона «Об основах туристской  деятельности в Российской Федерации» (далее - Положение).

Согласно пункту 2 Положения при исполнении в 2020 и 2021 годах договора туроператор обеспечивает предоставление туристского продукта, предусмотренного договором, либо равнозначного туристского продукта в сроки, определяемые дополнительно по соглашению сторон договора, но не позднее 31.12.2021 года.

В случае расторжения договора по требованию заказчика, в том числе при отказе заказчика от равнозначного туристского продукта, туроператор осуществляет возврат заказчику (потребителю) уплаченных им при осуществлении бронирования денежных сумм не позднее 31.12.2021 года, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 6 и 7 настоящего Положения.

В случае если на день вступления в силу Постановлением Правительства Российской Федерации от 20.07.2020 года № 1073, наступили сроки предоставления туристского  продукта, предусмотренного договором, и туроператором не направлено уведомление в сроки, установленные пунктом 3 настоящего Положения, туроператор осуществляет возврат заказчику уплаченных им за туристский продукт денежных сумм не позднее 31.12.2020 года (пункт 7 Положения).

Судебная коллегия указала, что на момент обращения истца к ответчику с требованием о возврате уплаченных за туристский продукт денежных средств, и на момент рассмотрения дела судом срок возврата туроператором потребителю денежных средств не наступил,  в связи с чем, ответчик подлежит освобождению от санкций в виде штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя о возврате денежных средств, поскольку Правительством Российской Федерации туроператору предоставлен срок  их возврата до 31.12.2021 года.

Извлечение из апелляционного определения

от 05 апреля 2021 года по делу № 33-10148/2021

 

 

Споры, связанные с применением жилищного законодательства

 

6. Право на обеспечение жилым помещением лиц, указанных в пункте 6 части 1 статьи 13 Закона РФ от 15 мая 1991 года № 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС»,  может быть реализовано при  соблюдении положений Жилищного кодекса РФ и Закона Московской области от 12 декабря 2005 года № 260/2005-03 «О порядке ведения учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма».

 

Б. обратился с иском к администрации Дмитровского городского округа Московской области о признании незаконным постановления администрации Дмитровского городского округа от 31.12.2019 года № 3169-П об отказе в признании его нуждающимся в улучшении жилищных условий и постановке на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении для обеспечения за счет средств федерального бюджета; возложении на ответчика обязанности принять его  на учет граждан, нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых за счет средств федерального бюджета в соответствии с пунктом 7 статьи 17 Закона РФ «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС».

Решением Дмитровского городского суда Московской области от 13.07.2020 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда, исковые требования Б. удовлетворены.

Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 14.04.2021 года апелляционное определение отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Из дела следует, что Б., 26.02.1986 года рождения, на момент аварии на Чернобыльской АЭС проживал в г.Новозыбкове Брянской области и 1.09.1990 года вместе с родителями выехал из зоны отселения, о чем ему выдано соответствующее удостоверение. Кроме того, истец проживал в г. Новозыбкове Брянской области с 3.03.2000 года по 25.08.2009 года.

С 30.11.2018 года Б. зарегистрирован в жилом помещении, принадлежащем его сестре, в г. Дмитрове Московской области.

Ответчиком отказано в признании Б. нуждающимся и постановке на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий, предоставляемых за счет средств федерального бюджета в соответствии с Законом РФ «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС».

Судебная коллегия указала, что согласно положениям пункта 6 части 1 статьи 13 Закона РФ от 15 мая 1991 года № 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» (далее по тексту - Закон РФ от 15 мая 1991 года № 1244-1) к гражданам, подвергшимся воздействию радиации вследствие чернобыльской катастрофы, на которых распространяется действие настоящего Закона, относятся граждане, эвакуированные (в том числе выехавшие добровольно) в 1986 году из зоны отчуждения или переселенные (переселяемые), в том числе выехавшие добровольно, из зоны отселения в 1986 году и в последующие годы, включая детей, в том числе детей, которые в момент эвакуации находились (находятся) в состоянии внутриутробного развития гарантируются меры социальной поддержки, предусмотренные статьей 17 настоящего Закона, в том числе гарантируется обеспечение нуждающихся в улучшении жилищных условий жилой площадью в размерах и в порядке, установленных Правительством Российской Федерации, один раз (пункт 7 статьи 17 Закона).

Отнесение истца к категории лиц, указанных в пункте 6 части 1 статьи 13 Закона РФ от 15 мая 1991 года № 1244-1, само по себе не свидетельствует о возникновении у него субъективного права на постановку на жилищный учет и получение мер социальной поддержки по обеспечению жильем, установленных Законом РФ от 15 мая 1991 года № 1244-1.  Порядок и условия признания граждан нуждающимися в улучшении жилищных условий и предоставлении жилых помещений установлен Жилищным кодексом РФ и Законом Московской области от 12 декабря 2005 года № 260/2005-03 «О порядке ведения учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма».

Частью 2 статьи 52 Жилищного кодекса РФ предусмотрено, что состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях имеют право указанные в статье 49 настоящего Кодекса категории граждан, которые могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях.

Принятие на учет граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях осуществляется органом местного самоуправления на основании заявлений данных граждан, поданных ими в указанный орган по месту своего жительства (часть 3 статьи 52 Жилищного кодекса РФ).

В Московской области условия и основания признания граждан нуждающимися в жилых помещениях определены в Законе Московской области от 12 декабря 2005 года № 260/2005-ОЗ «О порядке ведения учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма».

В соответствии со статьей 2 указанного Закона Московской области условиями признания граждан нуждающимися в жилых помещениях является проживание в Московской области по месту жительства на законных основаниях не менее 5 лет и признание малоимущими в соответствии с Законом Московской области от 22 декабря 2017 года №231/2017-ОЗ «О порядке определения размера дохода, приходящегося на каждого члена семьи, и стоимости имущества, находящегося в собственности членов семьи и подлежащего налогообложению, в целях признания граждан малоимущими и предоставления им по договорам социального найма жилых помещений муниципального жилищного фонда».

Судебная коллегия указала, что истец проживает в Московской области менее пяти лет, ранее места жительства в Московской области не имел, за признанием его малоимущим в соответствии с Законом Московской области от 22 декабря 2017 года №231/2017-ОЗ не обращался, что подтверждено им в судебном заседании, как и то, что малоимущим он не является. Основания для возложения на ответчика обязанности поставить истца на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых за счет средств федерального бюджета в соответствии с Законом РФ «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС», отсутствуют.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 7.06.2021 года решение суда первой инстанции отменено с вынесением нового решения об отказе Б. в иске в полном объеме.

Извлечение из апелляционного определения

от 07 июня 2021 года по делу № 33-16410/2021

 

 

Обязательства вследствие причинения вреда

 

7. Для возложения на государство обязанности по возмещению не полученных от должника сумм по исполнительному документу необходимо установление виновных действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя и их причинной связи с невозможностью  исполнения решения суда.

 

А. обратилась в суд с иском к ФССП России и ГУ ФССП России по Московской области о возмещении вреда, причинённого незаконным бездействием судебного пристава-исполнителя в размере 6 609 839,61 рублей. Ссылалась на то, что решением Арбитражного суда города Москвы от 28.11.2013 года, с учетом определения этого же суда от 5.11.2014 года,   с ООО «ОЕ-Партнёр» в её пользу взыскано 6 609 839,61 рублей. В целях принудительного исполнения решения суда ею предъявлен исполнительный лист в отдел судебных приставов по Мытищинскому району и г. Королёву Московской области. 11.03.2015 года в отношении должника возбуждено исполнительное производство.

16.05.2017 года постановлением судебного пристава-исполнителя исполнительное производство окончено, решение суда не исполнено.

По мнению истца, в результате бездействия судебного пристава-исполнителя ей причинены убытки на сумму 6 609 839,61 рублей, поскольку в настоящее время возможность исполнения решения суда утрачена в связи с ликвидацией ООО «ОЕ-Партнёр» с 1.08.2017 года.

Решением Красногорского городского суда Московской области от 5.10.2020 года иск удовлетворён в полном объёме.

Принимая такое решение, суд исходил из того, что судебным приставом-исполнителем более трёх лет не совершались действия, направленные на исполнение требований исполнительного листа, что привело к невозможности исполнения решения арбитражного суда в связи с ликвидацией должника.

Судебная коллегия не согласилась с указанным выводом, указав, что в силу положений статей 15, 16, 1069 Гражданского кодекса РФ для наступления деликтной ответственности за причинение вреда, необходимо одновременное наличие нескольких условий: противоправность действий ответчика, наличие ущерба, вина причинителя вреда и причинная связь между противоправными действиями и наступившими последствиями.

Приведя правовую позицию, изложенную в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.11.2004 №376-О, и разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 №50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», коллегия указала, что отсутствие реального исполнения само по себе не является основанием для возложения на государство обязанности по возмещению неполученных от должника сумм по исполнительному документу, поскольку ответственность государства в сфере исполнения судебных актов, вынесенных в отношении частных лиц, ограничивается надлежащей организацией принудительного исполнения этих судебных актов и не подразумевает обязательности положительного результата, если таковой обусловлен объективными обстоятельствами, зависящими от должника.

Из дела следовало, что вступившим в законную силу решением Королёвского городского суда Московской области от 27.09.2018 года удовлетворены административные исковые требования А. о признании незаконным бездействия Мытищинского районного отдела судебных приставов ГУ ФССП России по Московской области в части ненаправления копий постановления о возбуждении исполнительного производства и принятых в его рамках постановлений, непредставления ответов на заявления и обращения взыскателя, непринятия мер в отношении имущества должника, неисполнения обязанности по совершению необходимых действий и применению мер принудительного исполнения.

Судебная коллегия указала, что в административном деле не исследовался вопрос о своевременности совершения судебным приставом-исполнителем исполнительных действий и принятии мер принудительного исполнения, их достаточности для реализации задачи по своевременному и полному исполнению судебного акта. Указанным судебным постановлением установлено лишь бездействие судебного пристава-исполнителя, связанное с  нерассмотрением в установленном законом порядке обращений взыскателя и  ненаправлением ей соответствующих ответов на данные обращения.

Как установлено судебной коллегией, неисполнение решения Арбитражного суда города Москвы от 28.11.2013 года о взыскании в пользу истца денежных средств вызвано объективными обстоятельствами, связанными с отсутствием у должника достаточного имущества, на которое может быть обращено взыскание для погашения задолженности перед истцом. Доказательств того, что у судебного пристава-исполнителя имелась реальная возможность взыскания с должника денежных средств или обращения взыскания на иное имущество должника, материалы дела не содержат.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 15.02.2021 года решение суда первой инстанции отменено, принято новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

Извлечение из апелляционного определения

от 15 февраля 2021 года по делу № 33-5375/2021

 

 

Дела по спорам, возникающим из семейных правоотношений

 

8. Рассмотрение спора о разрешении несовершеннолетнему временного выезда за пределы Российской Федерации предполагает исходя из интересов ребенка проверку возможности конкретных поездок определенной продолжительностью и в определенные государства в предполагаемые сроки.

 

С.С.А. обратилась в суд с иском к С.Д.В. о разрешении несовершеннолетним С.А.Д, 06.08.2009 года рождения, и С.А., 31.05.2014 года рождения, совершать временные выезды из Российской Федерации в 2021, 2022, 2023, 2024 годах в период с 15.02.2021 года по 28.02.2021 года, с 1.06.2021 года по 30.06.2021 года, с 5.10.2021 года по 19.10.2021 года в следующие страны по выбору истца: Турция, Израиль, Египет, Испания, Италия, Франция, США, Объединённые Арабские Эмираты, без получения согласия на выезд от отца С.Д.В. и обязать ответчика не чинить препятствия для временных выездов детей из Российской Федерации в указанные периоды, не чинить препятствий к получению С.А., 31.05.2014 года рождения, в Посольстве и Консульстве США в РФ нового паспорта гражданина США взамен истекшего.

Ссылалась на то, что ответчиком поданы заявления в Пограничную службу ФСБ России, в соответствии с которыми дети включены в учёт лиц, выезд которым органичен в порядке, установленном законодательством.

Решением Дмитровского городского суда Московской области от 11.06.2020 года исковые требования удовлетворены частично. Судом постановлено: разрешить С.А.Д., 2009 года рождения, и С.А., 2014 года рождения, совершать временные выезды из Российской Федерации в период с 15.02.2021 года по 28.02.2021 года, с 1.06.2021 года по 30.06.2021 года, с 5.10.2021 года по 19.10.2021 года в следующие страны: Турция, Израиль, Египет, Испания, Италия, Франция, США, Объединённые Арабские Эмираты, в сопровождении матери С.С.А. без получения согласия на выезд от отца С.Д.В., в остальной части в иске отказано.

Суд исходил из того, несовершеннолетняя С.А.Д. имеет ряд заболеваний, в связи с чем проходила лечение в различных медицинских учреждениях, в том числе наблюдалась в клинике Израиля, временный выезд несовершеннолетних за границу в целях получения санаторно-курортного лечения в сопровождении матери права ответчика не нарушает и отвечает интересам детей.

Отменяя решение суда и принимая новое решение, судебная коллегия указала, что Порядок выезда за пределы Российской Федерации регламентирован Федеральным законом от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию».

В статье 21 указанного закона определено, что в случае, если один из родителей, усыновителей, опекунов или попечителей заявит о своем несогласии на выезд из Российской Федерации несовершеннолетнего гражданина Российской Федерации, вопрос о возможности его выезда из Российской Федерации разрешается в судебном порядке.

Таким образом, указанный в данной статье судебный порядок рассмотрения спора предполагает проверку судом необходимости такого запрета с учетом целей поездки и исходя из интересов несовершеннолетнего ребенка, что, в свою очередь, предполагает исследование судом возможности конкретных поездок определенной продолжительности и в определенные государства в предполагаемые сроки.

Как указала судебная коллегия, истцом не представлено сведений о намерении выезда с несовершеннолетними детьми за пределы Российской Федерации с указанием конкретного государства в отношении каждой конкретной планируемой поездки. Коллегия пришла к выводу о том, что ответчик, являясь отцом несовершеннолетних детей, фактически оказался лишенным права на участие в их воспитании, а также на получение возможности изложения своего мнения относительно целесообразности выезда детей за пределы Российской Федерации в определенные страны и в конкретные периоды времени. Истцом не представлено доказательств чинения ответчиком препятствий в получении С.А. нового паспорта гражданина США взамен истекшего, как и доказательств невозможности получения этого паспорта.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 15.03.2021 года решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение об отказе в удовлетворении иска.

Извлечение из апелляционного определения

от 15 марта 2021 года по делу № 33-7688/2021

 

 

Взыскание неосновательного обогащения

 

9. Положения статьи 1109 ГК РФ не допускают возврата как неосновательного обогащения ежемесячных компенсационных выплат, которые являются мерами социальной поддержки, при отсутствии недобросовестности со стороны гражданина и счетной ошибки.

 

Министерство социального развития Московской области обратилось в суд с иском  к Ш.  о взыскании необоснованно выплаченной суммы 384 000 рублей в бюджет Московской области.

Требования мотивированы тем,  что в марте 2018 года в ходе проверки  был выявлен факт необоснованного назначения Ш.  компенсационной выплаты в размере 8000 рублей в месяц, предусмотренной п. 7 ст. 16 закона Московской области от 23 марта 2006 года № 36/2006–ОЗ «О социальной поддержке отдельных категорий граждан в Московской области» для членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы в мирное время. Погибший супруг Ш. являлся сотрудником органов внутренних дел, в то время как компенсационная выплата предусмотрена законом для членов семей военнослужащих. Ответчику было необоснованно выплачено 384 000 рублей.

Решением Видновского городского суда Московской области от
28 сентября 2020 года исковые требования удовлетворены частично, с Ш. в пользу Министерства социального развития Московской области взыскана необоснованно полученная сумма за период с января 2015 года по июнь 2017 года в размере 240 000 рублей.

Из дела следует, что Ш. и её несовершеннолетним детям Управлением социальной защиты населения была ошибочно начислена и выплачивалась ежемесячная компенсационная выплата по пункту 7 статьи 16 Закона Московской области от 23 марта 2006 года № 36/2006-03.

В силу подпункта 3 статьи 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причинённого жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счётной ошибки.

Судебная коллегия признала правильным вывод суда первой инстанции об отсутствии недобросовестности со стороны Ш., которая при обращении за компенсационной выплатой представила в орган социальной защиты населения выданное ей в 2004 году удостоверение о праве на льготы и преимущества, установленные для родителей и жён погибших военнослужащих. Она не совершала никаких умышленных  противоправных действий для назначения и получения указанной выплаты, не представляла подложных документов, выплаты ей  осуществлялись органом социальной защиты населения ошибочно.

При этом суд первой инстанции пришел к неверному выводу о взыскании денежных средств, ошибочно полагая, что спорная выплата не может рассматриваться в качестве средств к существованию, поскольку она не являлась  единственным источником дохода Ш., осуществлявшей в спорный период трудовую деятельность.

Как указала судебная коллегия, наличие у Ш. иных доходов не отменяет того обстоятельства, что полученные ею спорные выплаты  относятся к денежным суммам, предоставленным гражданину в качестве средства к существованию, и не подлежат возврату по смыслу  п. 3 ст. 1109 ГК РФ.

У суда не имелось оснований для удовлетворения исковых требований ни в полном объеме, ни в части, в связи с чем апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 07.04.2021 года решение суда отменено, принято новое решение об отказе в  удовлетворении исковых требований.

Извлечение из апелляционного определения

от 07 апреля 2021 года по делу № 33-11016/2021

 

 

Споры, возникающие из трудовых и социальных отношений

 

10. Предоставленная законом льгота в виде возмещения за счет средств федерального бюджета расходов на погребение инвалидов и участников Великой Отечественной войны не распространяется на несовершеннолетних узников фашизма.

 

Б. обратилась в суд с иском к ФКУ «Военный комиссариат Московской области», ссылаясь на то, что 26.05.2020 года умерла её мама К., которая являлась малолетним узником фашистских концлагерей и которой при жизни были установлены льготы как участнику Великой Отечественной войны. В связи со смертью К. истцом понесены расходы на погребение в размере 28 000 рублей, которые просила взыскать с ответчика.

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены.

Судебная коллегия, отменяя решение суда первой инстанции, признала основанным на неправильном применении и толковании норм материального права вывод суда о том, льготы и меры социальной поддержки инвалидов и участников Великой Отечественной войны, установленные ФЗ «О ветеранах», могут распространяться на несовершеннолетних узников фашизма.

Судебная коллегия указала следующее.

В статье 13 Федерального закона «О ветеранах» установлена система мер социальной поддержки ветеранов, включающая в себя пенсионное обеспечение, выплату пособий в соответствии с законодательством Российской Федерации, получение ежемесячной денежной выплаты, получение и содержание жилых помещений, оплату коммунальных услуг, медицинское, протезно-ортопедическое обслуживание.

Перечень мер социальной поддержки, предоставляемых инвалидам и участникам Великой Отечественной войны, установлен статьями 14 и 15 Федерального закона «О ветеранах» и включает различные льготы материально-бытового характера, в частности, льготы по пенсионному обеспечению, компенсацию расходов на оплату жилых помещений и коммунальных услуг, обеспечение протезами и протезно-ортопедическими изделиями, внеочередную установку квартирного телефона, внеочередное обслуживание предприятиями розничной торговли и бытового обслуживания, внеочередное приобретение билетов на все виды транспорта, внеочередной прием в организации социального обслуживания.

Вместе с тем указанные нормы Федерального закона «О ветеранах» не определяют в качестве меры социальной поддержки инвалидов и участников Великой Отечественной войны возмещение расходов, связанных с погребением, изготовлением и установкой надгробных памятников.

Вопросы, касающиеся оказания ритуальных услуг, регулируются статьей 24 Федерального закона «О ветеранах».

Согласно данной норме закона погребение погибших (умерших) участников Великой Отечественной войны, ветеранов боевых действий, инвалидов войны, ветеранов военной службы производится в местах захоронения с учетом пожеланий их родственников (военнослужащих - с отданием воинских почестей).

Для указанных категорий ветеранов расходы, связанные с подготовкой к перевозке тела, перевозкой тела к месту захоронения, кремированием, погребением, изготовлением и установкой надгробного памятника, возмещаются за счет средств федерального органа исполнительной власти, уполномоченного в области обороны, других федеральных органов исполнительной власти, в которых предусмотрена военная и приравненная к ней служба.

Погребение ветеранов других категорий осуществляется в соответствии с Федеральным законом от 12 января 1996 года №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (пункты 1, 2 статьи 24 данного закона).

В соответствии с пунктом 5 статьи 11 Федерального закона от 12 января 1996 года №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» погребение умерших участников Великой Отечественной войны, в том числе инвалидов Великой Отечественной войны, осуществляется в местах погребения с учетом волеизъявления умершего или пожеланий его родственников. Расходы, связанные с подготовкой к перевозке тела к месту погребения, погребением (кремацией), изготовлением и установкой надгробия, возмещаются за счет средств Министерства обороны Российской Федерации, других федеральных органов исполнительной власти, в которых законодательством Российской Федерации предусмотрена военная служба, в порядке и размере, установленных Правительством Российской Федерации для погребения погибших (умерших) военнослужащих, проходивших военную службу по призыву, курсантов военных образовательных учреждений, граждан, призванных на военные сборы.

Приведенными нормативными положениями установлен особый порядок погребения погибших (умерших) участников и инвалидов Великой Отечественной войны, а также иных категорий ветеранов с учетом заслуг этих лиц по защите Отечества и безупречной военной службы. При этом в перечень лиц, на которых распространяется особый порядок погребения, включающий возмещение расходов на изготовление и установку надгробного памятника, такая категория лиц, как бывшие несовершеннолетние узники фашизма, не включена.

В то же время при погребении умерших бывших несовершеннолетних узников фашизма применяются положения Федерального закона от 12 января 1996 года №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», устанавливающие гарантированный перечень услуг по погребению умерших и социальное пособие на погребение.

Таким образом, объем льгот по материально-бытовому обеспечению бывших несовершеннолетних узников фашизма, предоставляемый в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 15 октября 1992 года №1235 и пунктом 8 статьи 154 Федерального закона от 22 августа 2004 года №122-ФЗ, определен статьями 14, 15 Федерального закона «О ветеранах». Этими статьями не предусмотрена такая мера социальной поддержки, как возмещение расходов, связанных с изготовлением и установкой надгробных памятников, а положения статьи 24 Федерального закона «О ветеранах» и пункта 5 статьи 11 Федерального закона от 12 января 1996 года №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», предусматривающие гарантии оказания ритуальных услуг лицам, названным в данных нормах, не содержат указаний о распространении их действия на бывших несовершеннолетних узников фашизма.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия пришла к выводу, что гарантии оказания ритуальных услуг, предусмотренные статьей 24 Федерального закона «О ветеранах», пунктом 5 статьи 11 Федерального закона от 12 января 1996 года №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», не относятся к льготам и мерам социальной поддержки инвалидов и участников Великой Отечественной войны, соответственно, право на возмещение за счет средств федеральных органов исполнительной власти расходов, понесенных в связи с погребением, изготовлением и установкой надгробных памятников, у лиц, взявших на себя обязанность осуществить погребение бывших несовершеннолетних узников фашизма, не возникает.

Судебная коллегия, отменив решение суда первой инстанции, постановила новое решение об отказе  в удовлетворении исковых требований Б.

Извлечение из апелляционного определения

от 15 марта 2021 года по делу № 33-7973/2021

 

 

Процессуальные вопросы

 

11. При отказе в иске общественной организации защиты прав потребителей, обратившейся в суд в интересах потребителя, понесенные ответчиком судебные издержки возмещаются за счет средств соответствующего бюджета.

 

МОБО Общество защиты прав потребителей и охраны окружающей среды «Принципъ» в интересах Ш. обратилось с иском к ООО «Кантри Лайф»  о защите прав потребителей, ссылаясь на нарушения при исполнении договора купли-продажи корпусной мебели.

 Решением Люберецкого городского суда Московской области от
21 февраля 2019 года исковые требования удовлетворены частично.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 26 августа 2020 года в удовлетворении исковых требований отказано. С Ш. в пользу ООО «Кантри Лайф» взысканы расходы на проведение экспертизы в размере 22 000 рублей и расходы на проведение судебной экспертизы в пользу ЦНЭ «ПетроЭксперт» в сумме 17 000 рублей.

Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от
17 февраля 2021 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 26 августа 2020 года  отменено в части распределения судебных издержек и дело  в указанной части направлено на новое  рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении судебная коллегия указала следующее.

В соответствии со ст. 45 Закона РФ от 7 февраля 1992 года  «О защите прав потребителей» общественные объединения потребителей (их ассоциации, союзы) в случаях, предусмотренных уставами общественных объединений (их ассоциаций), союзов), вправе обращаться в суды за защитой прав потребителей (неопределенного круга потребителей).

При этом, в соответствии с ч. 2 ст. 46 ГПК РФ лица, подавшие заявления в защиту законных интересов других лиц, пользуются всеми процессуальными правами и несут все процессуальные обязанности истца, за исключением права на заключение мирового соглашения и обязанности по уплате судебных расходов.

Согласно ст. 96 ГПК РФ денежные суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам и специалистам, или другие связанные с рассмотрением дела расходы, признанные судом необходимыми, предварительно вносятся на счет, открытый в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации, соответственно Верховному Суду Российской Федерации, верховному суду республик, краевому, областному суду, суду города федерального значения, суду автономной области, суду автономного округа, окружному (флотскому) военному суду, управлению Судебного департамента в субъекте Российской Федерации, а также органу, осуществляющему организационное обеспечение деятельности мировых судей, стороной, заявившей соответствующую просьбу. В случае, если указанная просьба заявлена обеими сторонами, требуемые суммы вносятся сторонами в равных частях.

В соответствии со ст. 102 ГПК РФ при отказе полностью или частично в иске лицу, обратившемуся в суд в предусмотренных законом случаях с заявлением в защите прав, свобод и законных интересов истца, ответчику возмещаются за счет средств соответствующего бюджета понесенные им издержки, связанные с рассмотрением дела, полностью или пропорционально той части исковых требований, в удовлетворении которых истцу отказано.

Таким образом, при возложении обязанности по возмещению расходов, указанных в ст. 102 ГПК РФ, на тот или иной бюджет следует исходить из системного толкования ст.ст. 96, 102 ГПК РФ, в соответствии с которыми указанные расходы подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета, в том случае, если дело рассмотрено судом федерального уровня, при рассмотрении дела мировым судьей - за счет бюджета соответствующего субъекта Российской Федерации.

Согласно п. 20.1 ст. 6 Федерального закона от 8 января 1998 года № 7-ФЗ «О судебном департаменте при Верховном Суде Российской Федерации», Судебный департамент финансирует возмещение издержек по делам, рассматриваемым судами и мировыми судьями, которые относятся на счет федерального бюджета.

П.п.6 п.1 ст. 14 Федерального закона «О Судебном департаменте при Верховном суде Российской Федерации» предусмотрено, что Управление Судебного департамента в пределах своей компетенции, в том числе, финансирует возмещение издержек по делам, рассматриваемым районными судами,  гарнизонными военными судами и мировыми судьями, которые относятся на счет федерального бюджета.

Управление судебного департамента в Московской области является органом Судебного департамента (пункт 1 статьи 13 Закона), осуществляет организационное обеспечение деятельности районных судов Московской области, а также в пределах своей компетенции, финансирует районные суды в Московской области (ст. 14 Закона).

Судебная коллегия указала, что из приведенных положений закона следует, что финансирование судебных издержек по делам, рассматриваемым районными судами, отнесенных на счет федерального бюджета, осуществляется управлением Судебного департамента в соответствующем субъекте Российской Федерации.

Учитывая, что  Ш. не выступает в деле отдельным  истцом, в её интересах выступает организация, с которой в силу гражданского процессуального законодательства судебные издержки на производство экспертизы  взысканы быть не могут, их возмещение осуществляется за счет средств соответствующего бюджета.

Учитывая, что апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам от 20 августа 2020 года в части  распределения судебных издержек отменено, судебная коллегия  при новом рассмотрении возложила на управление Судебного департамента в Московской области обязанность возместить за счет средств федерального бюджета ООО «Кантри Лайф» расходы на проведение экспертизы в размере 22000 рублей и расходы на проведение судебной экспертизы  в пользу ЦНЭ «ПетроЭксперт» в размере 17 000 рублей.

Извлечение из апелляционного определения

от 28 апреля 2021 года по делу № 33-10187/2021

 

 

12. Срок для обращения в суд за разрешением спора в случае несогласия потребителя с вступившим в силу решением финансового уполномоченного  исчисляется в рабочих днях.

 

И. обратился в суд с иском к ПАО СК «Росгосстрах» о  взыскании невыплаченного в полном объеме страхового возмещения, представив в подтверждение соблюдения досудебного порядка разрешения спора решение финансового уполномоченного от 24 мая 2020 года.

Определением суда  первой инстанции исковое заявление оставлено без рассмотрения со ссылкой на то, что И. пропустил установленный статьей
25 Федерального закона от 4 июня 2018 года №123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» тридцатидневный срок, при этом ходатайств о его восстановлении не заявил.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда указала, что такой вывод сделан с ошибочным применением норм материального и процессуального права.

Согласно части 1 статьи 23 Федерального закона №123-ФЗ от 4 июня 2018 года «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» решение финансового уполномоченного вступает в силу по истечении десяти рабочих дней после даты его подписания финансовым уполномоченным.

Таким образом, решение финансового уполномоченного от 24 мая 2020 года вступило в силу 5 июня 2020 года.

В случае несогласия с вступившим в силу решением финансового уполномоченного потребитель финансовых услуг вправе в течение тридцати дней после дня вступления в силу указанного решения обратиться в суд и заявить требования к финансовой организации по предмету, содержащемуся в обращении, в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 25 Федерального закона от 4 июня 2018 года №123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг»).

В Разъяснениях по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 4 июня 2018 года №123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18 марта 2020 года, в ответе на вопрос 3 указано, что к процессуальному сроку, предусмотренному частью 3 статьи 25 и частью 1 статьи 26 Федерального закона от 4 июня 2018 года №123-ФЗ, исчисляемому в днях, применяются положения части 3 статьи 107 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в редакции, действующей с 1 октября 2019 года, об исключении нерабочих дней.

В соответствии с абзацем 2 части 3 статьи 107 ГПК РФ в сроки, исчисляемые днями, не включаются нерабочие дни, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Таким образом, в случае несогласия с вступившим в силу решением финансового уполномоченного потребитель вправе предъявить в суд иск в течение тридцати рабочих дней со дня вступления в силу указанного решения, что не учтено судом.

Поскольку решение финансового уполномоченного вступило в силу
5 июня 2020 года, срок для обращения в суд с иском к финансовой организации по предмету, содержащемуся в обращении к финансовому уполномоченному, оканчивался согласно производственному календарю, с учетом праздничных и объявления нерабочих дней, 22 июля 2020 года.

Учитывая, что иск был направлен в суд почтой 14 июля 2020 года, вывод суда о пропуске срока, установленного частью 3 статьи 25 Федерального закона от 4 июня 2018 года N 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», является ошибочным.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 18.01.2021 года определение суда первой инстанции отменено с разрешением вопроса по существу. Гражданское дело направлено в суд  первой инстанции для рассмотрения.

Извлечение из апелляционного определения

от 18 января 2021 года по делу № 33-2217/2021

 

 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ 

 

Неправильное применение судами норм материального права

 

1. Поскольку при обращении административного истца в межведомственную жилищную комиссию администрации городского округа по вопросу признания жилого помещения непригодным для проживания, не представлено заключение специализированной организации, проводившей обследование жилого дома, административный ответчик вправе был отказать в предоставлении муниципальной услуги.

 

З. обратился в суд с административным исковым заявлением к администрации городского округа о признании незаконным решения межведомственной комиссии, об обязании провести обследование жилого дома для признания непригодным для проживания.

В обоснование заявленных требований указано, что З. является собственником жилого помещения. Он обратился в администрацию городского округа по вопросу признания жилого помещения непригодным для проживания в виду его ветхости. По результатам рассмотрения данного заявления, по мнению истца, ему было предложено представить за свой счет заключение специализированной организации, проводившей обследование жилого дома, что является обязанностью межведомственной комиссии и свидетельствует о нарушении его прав.

Решением суда административный иск удовлетворен.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявление З. подлежало рассмотрению в установленном законом порядке, а предложение административного ответчика – межведомственной комиссии представить заключение о техническом состоянии дома, является неправомерным, в случае необходимости межведомственная комиссия  самостоятельно вправе истребовать такое заключение.

Судебная коллегия не согласилась с выводом суда о незаконности указания административным ответчиком на необходимость представления в межведомственную комиссию заключения специализированной организации, проводившей обследование спорного жилого помещения.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.01.2006г. №47 утверждено Положение о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции (далее - Положение), в котором установлена процедура принятия решения о признании помещения непригодным для проживания, многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, включающая в себя принятие соответствующего решения межведомственной комиссией и распоряжение органа власти о дальнейшем использовании помещения, сроках отселения жильцов. Инициировать данную процедуру вправе как собственники помещения, так и граждане (наниматели), либо комиссия приступает к работе на основании заключения органов государственного надзора (контроля) по вопросам, отнесенным к их компетенции.

Для рассмотрения вопроса о признании жилого помещения непригодным для проживания заявитель представляет в комиссию заявление о признании жилого помещения непригодным для проживания, а также заключение специализированной организации, проводившей обследование многоквартирного дома (пп. «а», «г» п. 45 Положения).

Таким образом, в силу прямого указания в законе именно на заявителе лежит обязанность по представлению необходимых документов с целью проведения оценки соответствия помещения установленным требованиям.

Учитывая, что в заявлении административным истцом был поставлен вопрос о признании жилого помещения непригодным для проживания, административный ответчик правомерно указал на необходимость представления заключения специализированной организации, проводившей обследование жилого помещения.

В случае непредставления заявителем документов, предусмотренных п. 45 настоящего Положения, и невозможности их истребования на основании межведомственных запросов с использованием единой системы межведомственного электронного взаимодействия и подключаемых к ней региональных систем межведомственного электронного взаимодействия комиссия возвращает без рассмотрения заявление (п. 46 Положения).

Судебная коллегия отменила решение суда с принятием нового - об оставлении без удовлетворения административных исковых требований в полном объеме.

Извлечение из апелляционного определения

по делу № 33а-66/2021от 10.02.2021

 

 

Необоснованное рассмотрение спора в порядке административного судопроизводства

 

2. Установив в ходе рассмотрения административного дела в суде апелляционной инстанции, что дело подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, коллегиальный состав судей данного суда выносит определение о переходе к рассмотрению дела по правилам гражданского судопроизводства.

 

Административный истец З. обратилась в суд с административным иском к министерству социального развития Московской области о признании незаконными решений от 09.07.2020г. об отказе в выплате пособия на несовершеннолетних детей, об обязании произвести выплаты ежемесячных пособий.

Решением суда административный иск удовлетворен.

В ходе рассмотрения апелляционной жалобы ответчика, судебной коллегией по административным делам установлено, что заявленные З. требования направлены на получение меры социальной поддержки в виде предусмотренного частью 1 статьи 7 Закона Московской области от 23.03.2006г. № 36/2006-ОЗ «О социальной поддержке отдельных категорий граждан в Московской области» ежемесячного пособия на каждого ребенка до достижения им возраста шестнадцати лет в семьях со среднедушевым доходом, не превышающим величину прожиточного минимума, установленного в Московской области на душу населения.

Частью 1 статьи 218 КАС РФ закреплено право граждан, организаций, иных лиц обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти или местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих, если они полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Вместе с тем частью 6 указанной статьи определено, что не подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном названным Кодексом, административные исковые заявления о признании незаконными решений, действий (бездействия) органов, организаций, лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в случаях, если проверка законности таких решений, действий (бездействия) осуществляется в ином судебном порядке.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 22 ГПК РФ дела с участием граждан, организаций, органов государственной власти, органов местного самоуправления о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов по спорам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых, жилищных, земельных, экологических и иных правоотношений, рассматриваются и разрешаются в порядке гражданского судопроизводства.

В абзаце 6 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2016 № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации» разъяснено, что не подлежат рассмотрению по правилам КАС РФ, в том числе, дела, связанные с реализацией гражданами социальных прав.

В соответствии с пунктом 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года №5 «О применении судами норм Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции» установив в ходе подготовки административного дела к судебному разбирательству или рассмотрения административного дела в суде апелляционной инстанции, что дело подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, судья суда апелляционной инстанции или коллегиальный состав судей данного суда выносит определение о переходе к рассмотрению дела по правилам гражданского судопроизводства. После перехода к рассмотрению дела по правилам гражданского судопроизводства суд апелляционной инстанции осуществляет его рассмотрение и разрешение, руководствуясь полномочиями, предоставленными суду апелляционной инстанции нормами ГПК РФ.

При указанных обстоятельствах, судебная коллегия по административным делам перешла к рассмотрению дела по правилам гражданского судопроизводства и передала дело для апелляционного рассмотрения в судебную коллегию по гражданским делам.

Извлечение из апелляционного определения

по делу № 33а-12527/2021 от 14.04.2021

 

 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ДЕЛАМ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ

 

Практика пересмотра не вступивших в законную силу постановлений (решений)

 

1. Не рассмотрение судьей городского суда доводов жалобы о незаконности представления должностного лица об устранении причин и условий, способствовавших совершению административного правонарушения не соответствует требованиям статей 24.1, 26.1, 30.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

 

Постановлением начальника отдела по лицензионному контролю и федеральному государственному экологическому надзору в сфере обращения с отходами Министерства жилищно-коммунального хозяйства Московской области от 9 октября 2019 года №039/006/АР/08, юридическое лицо общество с ограниченной ответственностью «ВТ» привлечено к административной ответственности по ч. 2 ст. 8.4 КоАП РФ.

Установив причины административного правонарушения и условия, способствовавшие его совершению обществом, 9 октября 2019 года должностное лицо, руководствуясь частью 1 статьи 29.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, внесло представление №039/006/АР/08, в котором указано на необходимость устранить причины и условия, способствовавшие совершению административного правонарушения, и сообщить о результатах рассмотрения представления и принятых мерах должностному лицу в установленный срок.

Названные постановление и представление должностного лица  обжалованы защитником общества К. в Красногорский городской суд Московской области.

Решением судьи Красногорского городского суда Московской области от 28 июля 2020 года, указанное постановление должностного лица оставлено без изменения, жалоба без удовлетворения.

Решением судьи Московского областного суда от 21 января 2021 года решение судьи первой инстанции отменено, дело возвращено в Красногорский городской суд Московской области на новое рассмотрение.

В соответствии с требованиями ч. 3 ст.30.6 КоАП РФ, судья, вышестоящее должностное лицо не связаны доводами жалобы и проверяют дело в полном объеме.

Задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений (статья 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

В силу статьи 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях к числу обстоятельств, подлежащих выяснению по делу об административном правонарушении, относятся: наличие события административного правонарушения; лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые названным Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность; виновность лица в совершении административного правонарушения; обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении; иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Как следует из жалобы, поданной в городской суд, одновременно с постановлением начальника отдела по лицензионному контролю и федеральному государственному экологическому надзору в сфере обращения с отходами Министерства жилищно-коммунального хозяйства Московской области от 9 октября 2019 года №039/006/АР/08 защитником К. обжаловалось внесенное должностным лицом представление от 9 октября 2019 года N 039/006/АР/08 об устранении причин и условий, способствовавших совершению административного правонарушения, ставился вопрос о его отмене.

Вместе с тем в этой части жалоба судьей городского суда не была рассмотрена, законность и обоснованность данного акта не проверена, что не соответствует требованиям статей 24.1, 26.1, 30.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

При таких обстоятельствах, решение судьи городского подлежало отмене, а дело возвращению в городской суд на новое рассмотрение.

Извлечение из решения по делу

№ 21-188/2021 от 21.01.2021

 

 

2.  Истечение сроков давности привлечения к административное ответственности на момент отмены постановления по делу об административном правонарушении исключает возможность направления  дела на новое рассмотрение.

 

Постановлением начальника отдела по вопросам миграции МУ МВД России «Раменское» №1159/2066/20 от 26 августа 2020 года общество с ограниченной ответственностью «Ф» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.4 ст.18.15 КоАП РФ.

Решением судьи Раменского городского суда Московской области от 09 декабря 2020 года постановление должностного лица отменено, административное дело возвращено на новое рассмотрение начальнику отдела по вопросам миграции МУ МВД России «Раменское».

Решением судьи Московского областного суда от 9 февраля 2021 года решение судьи первой инстанции отменено, производство по делу прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст.24.5 КоАП РФ.

Как следует из материалов дела и постановления должностного лица 11 марта 2020 года при проведении проверки соблюдения положений миграционного законодательства Российской Федерации иностранными гражданами и лицами без гражданства, по адресу: Московская область, Раменский городской округ, с/п Островецкое, д. Островцы, ул. Подмосковная, вблизи дома №15А выявлен факт осуществления трудовой деятельности гражданином Республики Кыргызстан Ж., привлеченной к трудовой деятельности с 13 ноября 2019 года по 19 ноября 2019 года ООО «Фермерок». При этом в нарушении требований п. 8 ст. 13 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", ООО «Ф» не исполнило обязанность по уведомлению территориального органа федерального органа исполнительной власти, осуществляющего федеральный государственный контроль (надзор) в сфере миграции, о привлечении к трудовой деятельности гражданина Республики Кыргызстан Ж., в срок, не превышающий три рабочих дня.

Проанализировав имеющиеся в деле доказательства и отменяя постановление должностного лица, судья городского суда исходил из того, что должностным лицом нарушена процедура привлечения лица к административной ответственности, которая не может быть восполнена при рассмотрении судом по существу.

В силу части 8 статьи 13 Федерального закона от 25 июля 2002 года №115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей на момент совершения административного правонарушения) работодатель или заказчик работ (услуг), привлекающие и использующие для осуществления трудовой деятельности иностранного гражданина, обязаны уведомлять территориальный орган федерального органа исполнительной власти в сфере миграции в субъекте Российской Федерации, на территории которого данный иностранный гражданин осуществляет трудовую деятельность, о заключении и прекращении (расторжении) с данным иностранным гражданином трудового договора или гражданско-правового договора на выполнение работ (оказание услуг) в срок, не превышающий трех рабочих дней с даты заключения или прекращения (расторжения) соответствующего договора.

Как следует из материалов дела, гражданка Республики Киргизия Ж. с 13 ноября 2019 года осуществляла трудовую деятельность в качестве продавца по адресу: Московская область, Раменский г.о., д. Островцы, ул. Подмосковная, д.14, трудовой договор заключен при приеме на работу 13 ноября 2019 года в устной форме.

При изложенных обстоятельствах, срок исполнения обязанности, установленной пунктом 8 статьи 13 Федерального закона от 25 июля 2002 года №115-ФЗ, истек 19 ноября 2019 года. 

В силу ст. 4.5 КоАП РФ годичный срок привлечения к ответственности за данное нарушение истекал 19 ноября 2020 года.

Таким образом, на момент вынесения решения судьей Раменского городского суда 09 декабря 2020 года об отмене постановления должностного лица и направлении его на новое рассмотрение срок давности привлечения юридического лица к административной ответственности истек.

При таких обстоятельствах, решение судьи городского подлежало отмене, а производство по делу прекращению на основании п.6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

Извлечение из решения по делу

№ 21-304/2021 от 09.02.2021

 

 

3.  Не соблюдение должностным лицом при производстве по делу об административном правонарушении положений ч. 2 ст. 28.6 КоАП РФ является основанием к отмене вынесенного по делу постановления.

 

Постановлением инспектора ДПС 8Б2П ДПС (южный) ГИБДД ГУ МВД России по Московской области № 18810050200001298721 от 31 июля 2020 года С. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ.

Решением Видновского городского суда Московской области от 11 марта 2021 года указанное постановление оставлено без изменения, жалоба – без удовлетворения.

Решением судьи Московского областного суда от 14 мая 2021 года постановленные по делу акты отменены, производство по делу прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.

Положениями ч. 1 ст. 28.6 КоАП РФ установлено, что в случае, если при совершении физическим лицом административного правонарушения назначается административное наказание в виде предупреждения или административного штрафа, протокол об административном правонарушении не составляется, а уполномоченным на то должностным лицом на месте совершения административного правонарушения выносится постановление по делу об административном правонарушении о назначении административного наказания в виде предупреждения или административного штрафа в порядке, предусмотренном ст. 29.10 настоящего Кодекса. Копия постановления по делу об административном правонарушении вручается под расписку лицу, в отношении которого оно вынесено, а также потерпевшему по его просьбе.

В соответствии с ч. 2 ст. 28.6 КоАП РФ в случае, если лицо, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, оспаривает наличие события административного правонарушения и (или) назначенное ему административное наказание, составляется протокол об административном правонарушении.

Из системного толкования указанных норм следует, что на месте совершения физическим лицом административного правонарушения наложение административного штрафа может иметь место лишь в случае, если это лицо не оспаривало наличия события административного правонарушения и (или) назначенное ему административное наказание.

Согласно представленному в дело административному материалу в отношении С. по факту выявленного правонарушения протокол об административном правонарушении в отношении С. не составлялся.

Судом установлено, что в обжалуемом постановлении в графе «Наличие события административного правонарушения и назначенное административное наказание не оспаривает/оспаривает» не указано согласие либо не согласие С. со вмененным ему административным правонарушением, данная графа не подчеркнута. Из материалов дела также не следует, что С. был согласен с вынесенным в отношении него постановлением.

При таких обстоятельствах постановленные по делу акты подлежали отмене, а производство по делу прекращению на основании п.6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

Извлечение из решения по делу

№ 21-989/2021 от 14.05.2021

 

 

4. Не рассмотрение должностным лицом ходатайства об обеспечение участия в производстве по делу переводчика является существенным процессуальным нарушением.

 

Постановлением судьи Волоколамского городского суда Московской области от 15 апреля 2021 года уроженец и гражданин Республики Таджикистан К., признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3.1 ст. 18.8 КоАП РФ.

Решением судьи Московского областного суда от 11 мая 2021 года, указанное постановление отменено, производство по делу прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, в связи с недоказанностью обстоятельств,  на основании которых было вынесено постановление.

Согласно статье 24.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, лица, участвующие в производстве по делу об административном правонарушении, имеют право заявлять ходатайства, подлежащие обязательному рассмотрению судьей, органом, должностным лицом, в производстве которых находится данное дело (часть 1 указанной статьи). Ходатайство заявляется в письменной форме и подлежит немедленному рассмотрению. Решение об отказе в удовлетворении ходатайства выносится судьей, органом, должностным лицом, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, в виде определения (часть 2 данной статьи).

Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, в том числе результатов проверки, проведенной в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля, если указанные доказательства получены с нарушением закона (ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ).

При составлении протокола об административном правонарушении физическому лицу или законному представителю юридического лица, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении, а также иным участникам производства по делу разъясняются их права и обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом, о чем делается запись в протоколе (ч. 3 ст. 28.2 КоАП РФ).

Соблюдение приведенных выше требований закона не представляется возможным в случае, если лицо является иностранным гражданином и из-за незнания языка, на котором ведется производство по делу об административном правонарушении, не может понять содержание процессуальных действий и требований должностных лиц, а, следовательно, в полном объеме реализовать свое право на защиту.

При этом, в силу ч. 2 ст. 24.2 КоАП РФ лицам, участвующим в производстве по делу об административном правонарушении и не владеющим языком, на котором ведется производство по делу, обеспечивается право выступать и давать объяснения, заявлять ходатайства и отводы, приносить жалобы на родном языке либо на другом свободно избранном указанными лицами языке общения, а также пользоваться услугами переводчика.

Обеспечение участия в производстве по делу об административном правонарушении переводчика является важнейшей гарантией защиты прав участников такого производства.

Из представленных материалов дела следует, что протокол об административном правонарушении АЕ № 0185924 от 15 апреля 2021 года составлен в отсутствие переводчика, тогда как защитником К. заявлялось ходатайство о вызове переводчика, поскольку его доверитель не владеет русским языком, о чем в протоколе имеется соответствующая запись.

Однако ходатайство защитника о предоставлении переводчика должностным лицом рассмотрено не было.

Также при составлении указанного протокола К. не были разъяснены его права, предусмотренные ст. 51 Конституции Российской Федерации, ст. 24.2, 25.1 КоАП РФ. Подпись указанного лица в соответствующей графе протокола отсутствует, отметки о том, что К. отказался от подписи в данной графе должностным лицом не сделано.

С учетом изложенного, протокол об административном правонарушении АЕ № 0185924 от 15 апреля 2021 года не мог быть признан допустимым доказательством и подлежал исключению из их числа, как не отвечающий требованиям ст. 28.2 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах, постановление городского суда подлежало отмене, а производство по делу прекращению на основании п.3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ.

Извлечение из решения по делу

№ 12-662/2021 от 11.05.2021

 

 

5. Признание незаконным распоряжения о проведении проверки исключает возможность использования в качестве доказательств по делу об административном правонарушении ее результатов.

 

Постановлением и.о. главного санитарного врача в Воскресенском, в городских округах Егорьевск, Рошаль, Шатура, начальника Воскресенского территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Московской области №184/2 от 17 августа 2020 года, акционерное общество «Т» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.6.25 КоАП РФ.

Решением судьи Воскресенского городского суда Московской области указанное постановление  должностного лица оставлено без изменения, жалоба без удовлетворения.

Решением судьи Московского областного суда от 11 мая 2021 года, постановленные по делу акты отменены, производство по делу прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

Согласно части 3 статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, если они получены с нарушением закона.

Оспаривая законность привлечения к административной ответственности, защитник общества указывал на нарушения требований Федерального закона от 26.12.2008 №294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» (деле Закон №294-ФЗ), поскольку в нарушении установленных ограничений сроков проведение плановых проверок, Роспотребнадзором в 2020 году были проведены плановые проверки по представительствам общества, где общий срок проведения проверок составил 251 день, в связи с чем, настоящее распоряжение о проведении проверки вынесено с нарушением пункта 5 статьи 15 Закона №294-ФЗ.

Данные доводы защиты оставлены судьей городского суда без должного внимания.

Как следует из материалов дела, проверка магазина АО «Т» по адресу: Московская область, г. Шатура, ул. Жарова, д. 20 по результатам которой составлен акт и выявлено правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 6.25 КоАП РФ, проводилась должностным лицом на основании распоряжения заместителя руководителя Управления Роспотребнадзора по Московской области №02-2196-п от 10 июня 2020 года о проведении плановой выездной проверки в отношении АО «Т».

Указанное распоряжение признано незаконным и отменено решением Арбитражного суда Московской области от 1 декабря 2020 года, в связи с допущенными нарушениями требований ч. 2 ст.9, п.6 ст. 15 Закона №294-ФЗ.

Арбитражным судом Московской области установлено, что в течение 2020 года в отношении АО «Т» неоднократно проводились проверки его филиалов, расположенных в различных регионах Российской Федерации, общий срок проведения которых превысил 251 рабочий день.

Согласно части 4 статьи 13 Закона №294-ФЗ срок проведения каждой из предусмотренных статьей 11 и статьей 12 настоящего Федерального закона проверок в отношении юридического лица, которое осуществляет свою деятельность на территориях нескольких субъектов Российской Федерации, устанавливается отдельно по каждому филиалу, представительству, обособленному структурному подразделению юридического лица, при этом общий срок проведения проверки не может превышать шестьдесят рабочих дней.

Шестидесятидневный срок устанавливает общую продолжительность проверки юридического лица (в том числе его филиалов), однократно и комплексно проводимой не чаще, чем один раз в три года (иной срок, установленный в соответствии с требованиями части 9.3 статьи 9 Закона №294-ФЗ).

Данные нарушения в силу ч. 1 п.п. 1,5 ч.2 ст. 20 Закона №294-ФЗ относятся к грубым нарушением порядка организации и проведения проверок, влекущим недействительность результатов проверки.

Частью 1 статьи 20 Закона №294-ФЗ установлено, что доказательствами нарушения юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем обязательных требований не могут являться результаты проверки, проведенной органом государственного контроля (надзора) с грубым нарушением установленных названным Федеральным законом требований к организации и проведению проверок.

Таким образом, при проведении проверки были допущены существенные нарушения требований закона, влекущие согласно ч. 3 ст. 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях недопустимость использования полученных в ходе такой проверки доказательств.

При таких обстоятельствах, постановленные по делу акты подлежали отмене, а производство по делу прекращению на основании п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, в связи с недоказанностью обстоятельств,  на основании которых было вынесено постановление.

Извлечение из решения по делу

№ 21-1254/2021 от 13.05.2021

 

 

6. КоАП РФ допускает возможность назначения административного наказания лишь в пределах санкции статьи, предусматривающей ответственность за административное правонарушение с учетом характера совершенного правонарушения, личности виновного, имущественного положения правонарушителя - физического лица, привлекаемого к административной ответственности, обстоятельств, смягчающих и отягчающих административную ответственность.

 

Постановлением Люберецкого городского суда Московской области от 12 апреля 2021 года уроженец и гражданин Республики Узбекистан Р., привлечен к административной ответственности по ст.18.10 ч.2 КоАП РФ и подвергнут наказанию в виде административного штрафа в размере 5000 рублей, без административного выдворения за пределы РФ.

Решением судьи Московского областного суда от 15 апреля 2021 года решение судьи первой инстанции отменено, дело возвращено в Люберецкий городской суд Московской области на новое рассмотрение.

Санкцией ч. 2 ст.18.10 КоАП РФ предусмотрено административное наказание в виде административного штрафа в размере от пяти тысяч до семи тысяч рублей с административным выдворением за пределы Российской Федерации.

В соответствии с общими правилами назначения административного наказания, основанными на принципах справедливости, соразмерности и индивидуализации ответственности, административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях. При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность (части 1, 2 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Согласно правовой позиции, изложенной в п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 №5 (ред. от 19.12.2013) «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», при решении вопроса о назначении вида и размера административного наказания судье необходимо учитывать, что КоАП РФ допускает возможность назначения административного наказания лишь в пределах санкций, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение с учетом характера совершенного правонарушения, личности виновного, имущественного положения правонарушителя – физического лица (индивидуального предпринимателя), финансового положения юридического лица, привлекаемого к административной ответственности, обстоятельств, смягчающих и отягчающих административную ответственность (статьи 4.1 - 4.5 КоАП РФ). Поэтому судья не вправе назначить наказание ниже низшего предела, установленного санкцией соответствующей статьи, либо применить наказание, не предусмотренное статьей 3.2 КоАП РФ.

Постановлением суда первой инстанции Р. признан виновным в совершении административного правонарушения с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 5000 рублей, без административного выдворения за пределы РФ.

Назначение дополнительного административного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации предусмотрено санкцией части 2 статьи 18.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и не является альтернативным.

Из постановления суда следует, что решение о назначении иностранному гражданину наказания в виде штрафа без дополнительного наказания в виде выдворение судом первой инстанции мотивировано только наличием смягчающих и отсутствием отягчающих ответственность обстоятельств.

Изложенное свидетельствует о том, что в ходе судебного разбирательства судьей городского суда не выполнены в полном объеме требования ст.24.1 КоАП РФ, наказание назначено с нарушением требований ч.1 ст.4.1 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах, решение судьи городского подлежало отмене, а дело возвращению в городской суд на новое рассмотрение.

Извлечение из решения по делу

№ 12-584/2021 от 15.04.2021

 

 

7.  Постановление по делу об административном правонарушении может быть вынесено в форме электронного документа подписанного должностным лицом, вынесшим постановление, усиленной квалифицированной электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

 

Постановлением должностного лица ТО №37 ТУ Госадмтехнадзора Московской области Шувалова З.В. №37/1355/86 от 17 ноября 2020 года Ф. привлечен к административной ответственности по ч.1 ст.6.22 КоАП Закона Московской области от 04.05.2016 №37/2016 «Кодекс Московской области об административных правонарушениях».

Решением Долгопрудненского городского суда Московской области от 12 февраля 2021 года, указанное постановление должностного лица оставлено без изменения.

Решением судьи Московского областного суда от 13 апреля 2021 года решение судьи первой инстанции отменено, дело возвращено в Долгопрудненский городской суд Московской области на новое рассмотрение.

Требования к содержанию постановления по делу об административном правонарушении предусмотрены статьей 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Постановление может быть вынесено в форме документа на бумажном носителе, а также в форме электронного документа. Данной статьей предусмотрено общее правило о том, что постановление подписывается лицом, его вынесшим. Постановление в форме электронного документа, подписывается усиленной квалифицированной электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В силу п.2 ст.3 Федерального закона от 06.04.2011 №63-ФЗ «Об электронной подписи» виды электронных подписей, используемых органами исполнительной власти и органами местного самоуправления, порядок их использования, а также требования об обеспечении совместимости средств электронных подписей при организации электронного взаимодействия указанных органов между собой устанавливает Правительство Российской Федерации.

На основании п.1 Постановления Правительства РФ от 09.02.2012 №111 (ред. от 20.11.2018) «Об электронной подписи, используемой органами исполнительной власти и органами местного самоуправления при организации электронного взаимодействия между собой, о порядке ее использования, а также об установлении требований к обеспечению совместимости средств электронной подписи» (вместе с «Правилами использования усиленной квалифицированной электронной подписи органами исполнительной власти и органами местного самоуправления при организации электронного взаимодействия между собой», «Требованиями к обеспечению совместимости средств электронной подписи при организации электронного взаимодействия органов исполнительной власти и органов местного самоуправления между собой»), установлено, что при организации межведомственного взаимодействия, осуществляемого в электронном виде органами исполнительной власти и органами местного самоуправления при предоставлении государственных или муниципальных услуг и исполнении государственных или муниципальных функций, применяется усиленная квалифицированная электронная подпись.

В силу части 1 статьи 6 Федерального закона от 06.04.2011 №63-ФЗ информация в электронной форме, подписанная квалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, кроме случая, если федеральными законами или принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами установлено требование о необходимости составления документа исключительно на бумажном носителе.

Из материалов дела следует, что постановление должностного лица №37/1355/86 от 17 ноября 2020 года представлено в электронной форме, подписано простой электронной подписью.

При таких обстоятельствах, решение судьи городского подлежало отмене, а дело возвращению в городской суд на новое рассмотрение.

Извлечение из решения по делу

№ 21-985/2021 от 13.04.2021

 

 

8. Дело об административном правонарушении может быть рассмотрено в отсутствии потерпевшего лишь в случаях, если имеются данные о надлежащем извещении потерпевшего о месте и времени рассмотрения дела.

 

Постановлением инспектора ДПС ГИБДД ОМВД России по г.о. Солнечногорск Московской области №18810050200010575889 от 25 января 2021 года У. привлечена к административной ответственности по ч. 1 ст.12.15 КоАП РФ.

Решением Солнечногорского городского суда Московской области от 12 февраля 2021 года, указанное постановление инспектора ГИБДД отменено, производство по делу об административном правонарушении в отношении У. прекращено на основании п.3 ч.1 ст.30.7 КоАП РФ, в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

Решением судьи Московского областного суда от 13 апреля 2021 года решение судьи первой инстанции отменено, дело возвращено в Солнечногорский городской суд Московской области на новое рассмотрение.

В соответствии с частью 1 статьи 25.2 КоАП РФ потерпевшим является физическое лицо или юридическое лицо, которым административным правонарушением причинен физический, имущественный или моральный вред. В силу части 3 данной статьи дело об административном правонарушении рассматривается с участием потерпевшего. В его отсутствие дело может быть рассмотрено лишь в случаях, если имеются данные о надлежащем извещении потерпевшего о месте и времени рассмотрения дела и если от потерпевшего не поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела либо если такое ходатайство оставлено без удовлетворения.

При этом, как разъясняется в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 №5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» право потерпевшего на участие в деле об административном правонарушении должно быть обеспечено независимо от того, является ли наступление последствий признаком состава административного правонарушения.

Потерпевшим по делу являлась Ш., которой в результате ДТП был причинен имущественный вред.

Однако из материалов дела следует, что при рассмотрении жалобы городским судом Ш. к участию в деле как потерпевшая не привлечена, о месте и времени рассмотрения дела не извещалась, и, соответственно, ее права, предусмотренные ст.25.2 КоАП РФ, ст.51 Конституции РФ, и законные интересы, как участника производства по делу об административном правонарушении, не соблюдены, что является существенным нарушением процессуальных требований, предусмотренных КоАП РФ, не позволившим всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

При таких обстоятельствах, решение судьи городского подлежало отмене, а дело возвращению в городской суд на новое рассмотрение.

Извлечение из решения по делу

№ 21-734/2021 от 18.03.2021

Печать документа
2007-2021 г. © Московский областной суд webmaster@mosoblsud.ru