Контакты и график работы
Обзоры судебной практики
Бюллетень и обобщения судебной практики
Судебная статистика
Обращения граждан
Пресс-центр
Приемная
Противодействие коррупции

main-banner1.jpg

 

main-banner1.jpg
main-banner2.jpg
baner.gif

БЮЛЛЕТЕНЬ судебной практики Московского областного суда за II полугодие 2020 года

 

МОСКОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Красногорск, 2021 г.

 

 

БЮЛЛЕТЕНЬ

судебной практики Московского областного суда

за второе полугодие 2020 года

 

(утвержден на заседании президиума

Московского областного суда

9 февраля 2021 года)

 

 

 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА

ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

 

 1. При квалификации действий лица, совершившего кражу, грабеж или разбой, по признаку "незаконное проникновение в хранилище" судам следует руководствоваться примечанием 3 к статье 158 УК РФ, в котором разъяснено понятие "хранилище".

 

Приговором Одинцовского городского суда Московской области от 22 сентября 2020 года И. осужден по ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 119, п. «г» ч. 2 ст. 119, ч. 3 ст. 162 УК РФ.

И. признан виновным, в том числе, в совершении разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в иное хранилище.

Судебная коллегия изменила приговор суда первой инстанции в части квалификации действий И. по факту разбойного нападения в отношении потерпевшего К.

Как видно из приговора, И., имея преступный умысел, направленный на совершение нападения в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, подошел к потерпевшему К., после чего реализуя свой преступный умысел, действуя умышленно, из корыстных побуждений, держа в руке молоток и, замахнувшись им на последнего, высказав в адрес К. угрозу применения насилия, опасного для его жизни и здоровья, и под угрозой его применения, заставил К. открыть сейф, используемый последним в качестве иного хранилища, размещенный в помещении склада. К. открыл сейф, из которого И. достал денежные средства, принадлежащие К., в размере 82500 рублей.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» под незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище следует понимать противоправное тайное или открытое в них вторжение с целью совершения кражи, грабежа или разбоя. При квалификации действий лица, совершившего кражу, грабеж или разбой, по признаку "незаконное проникновение в хранилище" судам следует руководствоваться примечанием 3 к статье 158 УК РФ, в котором разъяснено понятие "хранилище".

Согласно п. 2 ч. 3 примечания к ст. 158 УК РФ под хранилищем понимают хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек, участки территории, трубопроводы, иные сооружения независимо от формы собственности, которые предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей.

Таким образом, установленный судом первой инстанции квалифицирующий признак совершения разбоя «с незаконным проникновением в иное хранилище», не соответствует понятию «хранилища», определенному в соответствии с примечанием к ст. 158 УК РФ.

При таких обстоятельствах судебная коллегия исключила из приговора квалифицирующий признак совершения разбоя «с незаконным проникновением в хранилище», и переквалифицировала действия И. с ч. 3  ст. 162 УК РФ на ч. 2 ст. 162 УК РФ, изменив приговор и в части назначенного И. наказания.

 

Извлечение из апелляционного определения

от 24 ноября 2020 года по делу № 22-7564/2020

 

 

2. Квалификация действий осужденных, совершивших кражу из нефтепровода (нефтепродуктопровода), не исключает дополнительной квалификации их действий по совокупности с преступлением, предусмотренным ст. 215.3 УК РФ.

 

Приговором Коломенского городского суда Московской области от 22 июля 2020 года К. и Е. осуждены по п. «а», «б» ч. 2 ст. 215.3 УК РФ (в редакции ФЗ от 7 декабря 2011 года № 420), а К., Е., А., К.А.В. и Ш. осуждены также по п. «а», «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ.

К. и Е. признаны виновными в совершении повреждения нефтепродуктопровода, которое повлекло нарушение его нормальной работы из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору, в отношении магистрального трубопровода.

К., Е., А., К.А.В. и Ш. признаны виновными в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, из нефтепровода, организованной группой, в особо крупном размере.

Приговор постановлен в порядке Главы 40 УПК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Б. просила о прекращении в отношении К. уголовного дела по п. «а», «б» ч. 2 ст. 215.3 УК РФ, в связи с отсутствием состава преступления. Полагая приговор незаконным в этой части, защитник указала на то, что вменение в вину К. повреждения нефтепродуктопровода необоснованно, так как оно не препятствовало использованию его по прямому функциональному назначению. Его умысел был направлен на хищение бензина, а не на повреждение, влекущее прекращение подачи бензина по магистральному нефтепродуктопроводу.

Рассмотрев в апелляционном порядке уголовное дело, судебная коллегия указала следующее.

Утверждения К. и его защитника об отсутствии состава преступления, предусмотренного п. «а», «б» ч. 2 ст. 215.3 УК РФ, несостоятельны.

Объективная сторона состава данного преступления предполагает повреждение из корыстных побуждений нефтепродуктопровода, группой лиц по предварительному сговору, повлекшее или которое могло повлечь нарушение его нормальной работы, в отношении магистрального трубопровода.

Как следует из приговора, К. и Е., приискав лиц для несанкционированной врезки в нефтепродуктопровод, в июле 2017 года осуществили её путем вворачивания ввертыша, чем повредили линию АБ участка 111 км. МНПП «Рязань-Москва», в связи с чем дальнейшая эксплуатация не соответствовала требованиям промышленной безопасности, предусмотренным федеральным законом.

Повреждение тела трубы при осуществлении врезки, как не предусмотренное технологией, нарушающее её герметичность, безусловно, является повреждением нефтепродуктопровода, создающим условия для его разгерметизации, и нарушающим его нормальное функционирование. Осуществляя подобные действия К. и Е. не могли не осознавать, что таким образом они повреждают нефтепродуктопровод на указанном участке.

 

Извлечение из апелляционного определения

от 3 декабря 2020 года по делу № 22-6675/2020

 

 

3. Уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу.

Уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

 

Приговором Подольского городского суда Московской области от 21 октября 2020 года Ш., А.Р.Р. и А.А.А. осуждены по п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 204 УК РФ (в ред. федерального закона от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ).

Постановлено, зачесть в срок отбывания наказания время содержания осужденных под стражей с 21 октября 2020 года до дня вступления приговора в законную силу.

Постановлено также на основании ч. 3.4 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбывания наказания Ш. время его нахождения под домашним арестом с 17 сентября 2014 года по 13 апреля 2015 года, из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Ш., А.Р.Р. и А.А.А. признаны виновными в совершении коммерческого подкупа, то есть незаконного получения лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег за совершение действий и бездействия в интересах дающего, в связи с занимаемым этим лицом служебным положением, группой лиц по предварительному сговору, сопряженного с вымогательством предмета подкупа.

Преступление совершено в период времени с 14 апреля 2014 года по 15 сентября 2014 года.

Судебная коллегия изменила приговор в связи с неправильным применением уголовного закона по следующим основаниям.

Приговором суда осужденные признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 204 УК РФ, в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ.

Однако, Федеральным законом от 3 июля 2016 года № 324-ФЗ в Уголовный кодекс РФ внесены изменения, и статья 204 УК РФ изложена в новой редакции, улучшающей положение осужденных.

Согласно новой редакции данной статьи УК РФ, преступление, совершенное осужденными, следует квалифицировать по ч. 7 ст. 204 УК РФ, по которой верхний предел наказания составляет 9 лет лишения свободы лет, в связи с чем, данное преступление относится к категории тяжких преступлений.

В соответствии с ч. 1 ст. 10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость.

Таким образом, суд необоснованно квалифицировал действия осужденных по п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 204 УК РФ (в ред. федерального закона от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ).

Уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

Так, суд первой инстанции, решая вопрос о зачете времени нахождения Ш. под домашним арестом в срок лишения свободы, руководствовался положениями ч. 3.4 ст. 72 УК РФ (в ред. от 3 июля 2018 г. N 186-ФЗ), при этом в срок лишения свободы ему зачтено время нахождения под домашним арестом с 17 сентября 2014 года по 13 апреля 2015 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Между тем правила ч. 3.4 ст.72 УК РФ, предусматривающие зачет домашнего ареста в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, ухудшают его положение по сравнению с порядком, применявшимся до вступления в силу Федерального закона от 3 июля 2018 г. N 186-ФЗ, в соответствии с которыми время содержания под домашним арестом засчитывалось в срок отбывания наказания исходя из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Согласно приговору осужденные совершили преступление до 14 июля 2018 г., т.е. до вступления в силу указанного Федерального закона.

При таких обстоятельствах, суд ошибочно принял решение о зачете в срок отбывания наказания Ш. времени его нахождения под домашним арестом с 17 сентября 2014 года по 13 апреля 2015 года из расчета два дня домашнего ареста за один день лишения свободы.

Кроме того, суд, сделав в приговоре вывод в отношении всех осужденных о том, что отягчающих наказание обстоятельств не установлено, в приговоре необоснованно указал, что при назначении вида и размера наказания А.Р.Р. учитывает его наиболее активную роль в совершении преступления.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приговор в отношении Ш., А.Р.Р. и А.А.А. изменила, переквалифицировав их действия на п.п. «а», «б» ч. 7 ст. 204 УК РФ (в ред. Федерального закона от 3 июля 2016 года № 324-ФЗ), исключила указание на то, что суд, при определении вида и размера наказания осужденному А.Р.Р. учитывает его наиболее активную роль в совершении преступления, смягчила назначенное осужденным наказание, а также произвела зачет времени содержания лиц под домашним арестом и под стражей в срок отбывания наказания.

 

Извлечение из апелляционного определения

от 17 декабря 2020 года по делу № 22-7964/2020

 

 

4. Срок наказания при любом виде рецидива преступлений не может быть менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ.

 

Приговором Люберецкого городского суда Московской области от 23 июня 2020 года Г., ранее судимый, осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам 2 месяцам лишения свободы, и на основании ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору от 16 марта 2020 года к вновь назначенному наказанию, окончательно Г. назначено 3 года 6 месяцев лишения свободы.

На приговор поступило апелляционное представление государственного обвинителя, который не согласился с постановленным приговором в части назначенного наказания.

Судебная коллегия изменила приговор в отношении Г. в связи с неправильным применением уголовного наказания при назначении наказания.

Как следует из приговора, судом в действиях осужденного установлен рецидив преступлений.

В соответствии с ч. 2 ст. 68 УК РФ, срок наказания при любом виде рецидива преступлений не может быть менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ.

Таким образом, при назначении Г. наказания по ч. 2 ст. 228 УК РФ, санкция которой предусматривает уголовное наказание в виде лишения свободы сроком от 3 до 10 лет, правила ч. 2 ст. 68 УК РФ судом не соблюдены, поскольку минимальное наказание, которое могло быть назначено осужденному Г. – 3 года 4 месяца лишения свободы.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приговор суда первой инстанции изменила, усилив осужденному Г. наказание.

 

Извлечение из апелляционного определения

от 27 августа 2020 года по делу № 22-5116/2020

 

 

5. В тех случаях, когда в силу требований закона осужденному не может быть назначено наказание в виде лишения свободы, принудительные работы не назначаются. 

 

Приговором Королевского городского суда Московской области от 28 июля 2020 года В. осужден по ч. 3 ст. 327 УК РФ к 3 месяцам принудительных работ.

Суд апелляционной инстанции изменил приговор в части назначенного наказания, указав следующее.

Согласно ч. 1 ст. 53.1 УК РФ принудительные работы применяются как альтернатива лишения свободы. Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 22.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», в тех случаях, когда в силу требований закона осужденному не может быть назначено наказание в виде лишения свободы, принудительные работы также не назначаются.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 56 УК РФ наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, за исключением преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 231, ст. 233 УК РФ, или только если соответствующей статьей УК РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания.

Санкцией ч. 3 ст. 327 УК РФ предусмотрено наказание в виде ограничения свободы, принудительных работ, а также лишения свободы на срок до 1 года.

Отягчающих наказание обстоятельств у В. не установлено.

Таким образом, назначая В. по ч. 3 ст. 327 УК РФ наказание в виде принудительных работ, суд не учел вышеуказанные положения закона, в связи с чем суд апелляционной инстанции изменил приговор в данной части.

 

Извлечение из апелляционного постановления

от 15 сентября 2020 года по делу № 22-5754/2020

 

 

6. Наказание в виде лишения свободы не может быть назначено несовершеннолетнему осужденному, совершившему преступление небольшой тяжести впервые.

 

Приговором Лобненского городского суда Московской области от 11 сентября 2020 года Ч., ранее не судимый, осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году лишения свободы условно.

Несовершеннолетний Ч. незаконно приобрел и хранил без цели сбыта наркотическое средство в значительном размере.

Суд апелляционной инстанции изменил приговор в части назначенного наказания, указав следующее.

В соответствии с положениями ч. 6 ст. 88 УК РФ наказание в виде лишения свободы не может быть назначено несовершеннолетнему осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, к которой, в том числе, согласно ч. 2 ст. 15, относится преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 228 УК РФ.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции неправильно назначил осужденному Ч. наказание в виде лишения свободы, в связи с чем суд апелляционной инстанции приговор в данной части изменил, назначив Ч. наказание в виде штрафа.

 

Извлечение из апелляционного постановления

от 3 ноября 2020 года по делу № 22-6981/2020

 

 

7. Основания освобождения от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа распространяются на все виды преступлений небольшой и средней тяжести, независимо от того, что является объектом преступления и предметом преступного посягательства, чьим правам и интересам уголовно-наказуемым деянием причинен ущерб.

 

Приговором Мытищинского городского суда Московской области от 16 сентября 2020 года Я. осуждена по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 327 и ч. 3 ст. 327 УК РФ.

Уголовное дело в отношении Я. рассмотрено в соответствии с правилами Главы 40 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции приговор в отношении Я. отменил в связи с допущенными судом первой инстанции существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

Согласно п. 1 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в любом случае является непрекращение уголовного дела судом при наличии оснований, предусмотренных ст. 254 УПК РФ, пунктом четвертым которой установлено, что суд прекращает уголовное дело в судебном заседании в случаях, предусмотренных ст. 25.1 УПК РФ с учетом требований, установленных ст. 446.3 УПК РФ.

Согласно положениям ст. 76.2 УК РФ и ст. 25.1 УПК РФ суд вправе прекратить уголовное дело или уголовное преследование в отношении лица, впервые совершившего преступление небольшой или средней тяжести, если это лицо возместило ущерб или иным образом загладило причиненный преступлением вред, и назначить данному лицу меру уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

Как усматривается из протокола судебного заседания, суд первой инстанции, обсудив заявленное защитником ходатайство о прекращении уголовного дела, вынес решение об отказе в удовлетворении заявленного ходатайства, мотивировав свое решение тем, что преступление, в совершении которого предъявлено обвинение Я., объективно не влечет наступление общественно опасных последствий в виде ущерба или вреда.

Однако, как следует из положений ст. 76.2 УК РФ, основания освобождения от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа распространяются на все виды преступлений небольшой и средней тяжести, независимо от того, что является объектом преступления и предметом преступного посягательства, чьим правам и интересам уголовно-наказуемым деянием причинен ущерб.

Таким образом, прекращение уголовного дела по вышеуказанному основанию не исключается и в отношении обвиняемого, деянием которого причинен вред охраняемым законом интересам общества и государства, при условии, что это деяние отнесено к категории небольшой или средней тяжести, а причиненный преступлением вред возмещен или иным образом заглажен.

При этом под заглаживанием вреда, причиненного преступлением, понимается имущественная, в том числе денежная компенсация морального вреда, оказание какой-либо помощи потерпевшему, принесение ему извинений, а также принятие иных мер, направленных на восстановление нарушенных в результате преступления прав потерпевшего, законных интересов личности, общества и государства.

Учитывая установленные по делу обстоятельства впервые совершенного Я. преступления, относящегося к преступлениям небольшой тяжести, принимая во внимание сведения о личности осужденной, которая ранее не судима, вину в содеянном признала полностью, чистосердечно раскаялась, трудоустроена и в добровольном порядке произвела благотворительный денежный взнос в Общероссийскую Общественную Организацию «Российский Красный Крест», что признается формой возмещения вреда обществу, причиненного преступлением, суд апелляционной инстанции уголовное дело в отношении Я. прекратил на основании ст. 25.1 УПК РФ и ст. 76.2 УК РФ с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

 

Извлечение из апелляционного постановления

от 17 ноября 2020 года по делу № 22-6927/2020

 

 

8. Окончательное наказание по совокупности приговоров должно быть больше как наказания, назначенного за вновь совершенное преступление, так и неотбытой части наказания по предыдущему приговору суда.

 

Приговором Луховицкого районного суда Московской области от 8 октября 2020 года Ф., судимый 4 октября 2019 года по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год, осужден по ст. 264.1 УК РФ к 7 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года.

В соответствии с ч. 4 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору от 4 октября 2019 года отменено. На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к вновь назначенному наказанию частично присоединено не отбытое наказание по приговору от 4 октября 2019 года и окончательно Ф. назначено наказание в виде 1 года лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Суд апелляционной инстанции по апелляционному представлению государственного обвинителя изменил приговор от 8 октября 2020 года в отношении Ф. в связи с неправильным применением уголовного закона при назначении наказания.

В соответствии с требованиями ч. 4 ст. 70 УК РФ, окончательное наказание по совокупности приговоров должно быть больше как наказания, назначенного за вновь совершенное преступление, так и неотбытой части наказания по предыдущему приговору суда.

Суд первой инстанции, назначив Ф. окончательное наказание в виде 1 года лишения свободы, допустил нарушение указанного требования закона.

Кроме того, при назначении наказания по совокупности приговоров и определении вида исправительного учреждения, в котором Ф. необходимо отбывать наказание в виде лишения свободы, суду следовало руководствоваться положениями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, согласно которым, мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение тяжких преступлений, отбывание лишения свободы назначается в исправительных колониях общего режима.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции изменил приговор, назначив Ф. на основании ст. 70 УК РФ наказание в виде 1 года 2 месяцев лишения свободы, с отбыванием  наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года.

 

Извлечение из апелляционного постановления

от 8 декабря 2020 года по делу № 22-7805/2020

 

 

9. При назначении наказания по совокупности преступлений по правилам ст. 69 УК РФ окончательное наказание должно быть определено больше, чем за каждое из преступлений, входящих в совокупность преступлений.

 

Приговором Ступинского городского суда Московской области от 23 сентября 2020 года:

Ж. осужден по ч. 1 ст. 286 УК РФ к штрафу в размере 80 000 рублей; по ч. 4 ст. 33, ч. 2 ст. 292 УК РФ к штрафу в размере 400 000 рублей, и на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ – к штрафу в размере 350 000 рублей,

С. осужден по ч. 1 ст. 286 УК РФ к штрафу в размере 70 000 рублей; по ч. 2 ст. 292 УК РФ к штрафу в размере 200 000 рублей, и на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ – к штрафу в размере 170 000 рублей.

Суд апелляционной инстанции изменил приговор по апелляционному представлению государственного обвинителя в связи с неправильным применением уголовного закона при назначении наказания.

По смыслу закона при назначении наказания по совокупности преступлений по правилам ст. 69 УК РФ окончательное наказание должно быть определено больше, чем за каждое из преступлений, входящих в совокупность преступлений.

 Судом же назначено осужденным наказание по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 286 УК РФ и ч. 2 ст. 292 УК РФ, ниже, чем он назначил каждому из осужденных за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 292 УК РФ.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции изменил приговор в отношении обоих осужденных в части назначения наказания по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ.

 

Извлечение из апелляционного постановления

от 17 декабря 2020 года по делу № 22-8154/2020

 

 

10. Ограничение свободы не назначается военнослужащим, иностранным гражданам, лицам без гражданства, а также лицам, не имеющим места постоянного проживания на территории Российской Федерации

 

Приговором Домодедовского городского суда Московской области от 30 сентября 2020 года Д. осужден по ч. 1 ст. 200.1 УК РФ к 4 месяцам ограничения свободы.

Суд апелляционной инстанции изменил приговор в части назначенного наказания, указав следующее.

Согласно ч. 6 ст. 53 УК РФ ограничение свободы не назначается военнослужащим, иностранным гражданам, лицам без гражданства, а также лицам, не имеющим места постоянного проживания на территории РФ.

В судебном заседании установлено, что Д. является иностранным гражданином (гражданство Туркменистана), не имеет постоянного места жительства на территории РФ, данных о наличии у Д. гражданства РФ материалы уголовного дела не содержат.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции изменил приговор в отношении Д., назначив ему по ч. 1 ст. 200.1 УК РФ наказание в виде штрафа.

 

Извлечение из апелляционного постановления

от 22 декабря 2020 года по делу № 22-8148/20

 

 

11. Наличие противоречий в тексте подписанного судьей и приобщенного к материалам уголовного дела приговора и приговора, оглашенного в судебном заседании, свидетельствует о нарушении судом первой инстанции требований ст. 297, 303, 308, 310 УПК РФ.

 

Приговором Шатурского городского суда Московской области от 12 октября 2020 года Н. осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

На приговор поступило апелляционное представление государственного обвинителя, просившего об отмене приговора.

Суд апелляционной инстанции приговор в отношении Н. отменил в связи с допущенными существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции прослушана аудиозапись судебного заседания суда первой инстанции от 12 октября 2020 года, в результате чего было установлено, что наказание, оглашенное председательствующим судьей в судебном заседании, не соответствует наказанию, отраженному в подписанном судьей приговоре Шатурского городского суда Московской области от 12 октября 2020 года.

Наличие противоречий в тексте подписанного судьей и приобщенного к материалам уголовного дела приговора и приговора, оглашенного в судебном заседании, свидетельствует о нарушении судом первой инстанции требований ст. 297, 303, 308, 310 УПК РФ.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приговор в отношении Н. отменил и направил уголовное дело на новое рассмотрение.

 

Извлечение из апелляционного постановления

от 26 ноября 2020 года по делу № 22-7884/2020

 

 

12. Сторонам в ходе судебного следствия с участием присяжных заседателей запрещается исследовать данные, способные вызвать предубеждение присяжных заседателей, обсуждать вопросы, связанные с применением права, либо вопросы процессуального характера, в какой-либо форме оценивать доказательства во время судебного следствия, выяснять вопросы о возможной причастности к преступлению иных лиц, не являющихся подсудимыми по рассматриваемому делу.

 

Органами предварительного расследования А. предъявлено обвинение по ч. 4 ст. 111 УК РФ в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью К., с применением предмета – деревянного бруска, используемого в качестве оружия, повлекшем по неосторожности смерть последней.

Приговором Истринского городского суда Московской области от 12 ноября 2020 года А. оправдана по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст.111 УК РФ на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей в связи с её непричастностью к совершению преступления.

Судебная коллегия отменила приговор по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 389.25 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего лишь при наличии таких нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов.

Особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей определены ст. 335 УПК РФ, в соответствии с требованиями которой в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.

В соответствии с указанными положениями, сторонам в ходе судебного следствия с участием присяжных заседателей запрещается исследовать данные, способные вызвать предубеждение присяжных заседателей, обсуждать вопросы, связанные с применением права, либо вопросы процессуального характера, в том числе, о недопустимости доказательств, нарушении УПК РФ при получении доказательств, их истребовании, вызове дополнительных свидетелей и др., задавать наводящие вопросы, в какой-либо форме оценивать доказательства во время судебного следствия, выяснять вопросы о возможной причастности к преступлению иных лиц, не являющихся подсудимыми по рассматриваемому делу, ссылаться в обоснование своей позиции на неисследованные в присутствии присяжных заседателей доказательства, на недопустимые доказательства и иное.

В соответствии с ч. 5 ст. 339 УПК РФ перед присяжными не могут ставиться вопросы, требующие от заседателей юридической квалификации статуса подсудимого (о его судимости), а также другие вопросы, требующие собственно юридической оценки при вынесении присяжными заседателями своего вердикта.

В силу положений ст. 340 УПК РФ при произнесении напутственного слова председательствующий, среди прочих требований, напоминает об исследованных в суде доказательствах и о непринятии во внимание тех высказываний, допущенных сторонами в ходе судебного следствия и прений, на что суд обращал внимание ранее.

Между тем, указанные выше требования закона при рассмотрении данного уголовного дела судом в полной мере не соблюдены.

Так, из содержания протокола следует, что в ходе судебного разбирательства сторона защиты допускала нарушения уголовно-процессуального закона и порядка рассмотрения дела с участием присяжных заседателей, предпринимала попытки опорочить действия органа следствия, ставила под сомнение результаты и законность расследования, умышленно заявляла не только о невиновности А., но и о причастности к преступлению иного лица, не привлеченного к уголовной ответственности, а именно свидетеля П., в том числе донося в негативном свете до присяжных сведения, касающиеся личности последнего и его взаимоотношений с потерпевшей.

Кроме того, при установлении данных свидетеля П. суд по собственной инициативе получил от последнего сведения о наличии судимости и довел не подлежащую исследованию информацию до присяжных, после чего подсудимая А. прямо указала на П. как на лицо, совершившее преступление.

Председательствующий не сделал соответствующего разъяснения присяжным заседателям, и у защиты имелась возможность активно содействовать формированию подозрения о причастности П. к преступлению, что в конечном итоге могло повлиять на содержание вердикта.

В нарушение закона данная информация была доведена стороной защиты до коллегии присяжных и могла создать у заседателей впечатление о неполноте и необъективности предварительного следствия, сформировать предвзятое отношение к показаниям ключевых свидетелей, которые согласуются между собой, в том числе с показаниями свидетеля П., оказать влияние на содержание ответов присяжных заседателей по поставленным перед ними вопросам о непричастности подсудимой к инкриминируемому преступлению.

В ходе допроса потерпевшей А. защитником был задан ряд вопросов, связанных с исполнением погибшей родительских обязанностей в отношении своих несовершеннолетних детей. Подобные вопросы не имели отношения к предмету доказывания и по факту были направлены на формирование у коллегии негативного отношения к жертве преступления.

Кроме того, при составлении вопросного листа и формулировке вопросов судом нарушены требования статей 338, 339 УПК РФ.

Так, из содержания вопросного листа следует, что перед присяжными были поставлены недопустимые вопросы, которые не могли быть понятны присяжным, поскольку содержали юридическую и научную терминологию, требующие от заседателей юридической оценки произошедшего, в частности: «доказано ли, что К. … подвернута избиению бруском, ….как предметом, используемым в качестве оружия, …, а  между причиненным ей тяжким вредом здоровью … и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь?».

Допущенные формулировки являются существенным нарушением уголовно-процессуального закона, основанием для отмены обжалуемого судебного решения, поскольку сами по себе могли повлиять на ответы присяжных заседателей, не обладающих специальными познаниями.

В судебных прениях защитник затронула вопросы, касающиеся квалификации и наличия признаков состава преступления, которые разрешаются в отсутствие присяжных заседателей. В свою очередь, председательствующим не были приняты достаточные меры по ограждению присяжных от неправомерного воздействия со стороны защиты.

Таким образов, вышеуказанные допущенные нарушения уголовно-процессуального закона могли повлиять на формирование мнения присяжных заседателей по уголовному делу и на содержание ответов при вынесении вердикта, что, в соответствии с ч. 1 ст. 389.25 УПК РФ, является основанием отмены приговора.

При таких обстоятельствах судебная коллегия отменила оправдательный приговор в отношении А. с передачей уголовного дела на новое рассмотрение.

 

Извлечение из апелляционного определения

от 17 декабря 2020 года по делу № 22-8170/2020


СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА

ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

 

 

Споры, связанные с защитой права собственности и других вещных прав

 

1. Независимо от государственной регистрации права собственности гражданина на гаражный бокс как объект недвижимости, право муниципальной собственности на занятый указанным объектом земельный участок может быть восстановлено путем признания права собственности гражданина отсутствующим.

 

КУМИ Администрации г. Реутов предъявил иск к Р. о признании права собственности ответчика отсутствующим, обязании освободить земельный участок от объекта по тем основаниям, что за ответчиком зарегистрировано право собственности на гаражный бокс как на объект недвижимого имущества, что не позволяет муниципальному собственнику свободно использовать соответствующий земельный участок.

Решением Реутовского городского суда Московской области от 7 октября 2019 года иск удовлетворён. Постановлено: признать право собственности Р. на гаражный бокс как на объект недвижимого имущества, отсутствующим; обязать Р. освободить земельный участок. Указано, что решение суда является основанием для осуществления Росреестром корректирующих учетных записей ввиду того, что объект не является недвижимым имуществом.

По делу установлено, что Постановлением Главы Администрации г. Реутова от 04.02.1992  года в пользу ГСК «Южный-2" отведен земельный участок площадью 0,5 га под строительство автостоянки на 120 машиномест с боксовым расположением из металлических сборно-разборных конструкций.

На основании постановления Главы города Реутов от 29.11.1999 между Комитетом по управлению имуществом г. Реутова и ГСК «Южный-2» заключен договор аренды для размещения и эксплуатации находящихся на участке металлических гаражей.

По договору купли-продажи от 22.05.2018 года истец Р. приобрел право собственности на гаражный бокс площадью 18 кв.м, находящийся на территории, арендуемой ГСК «Южный-2».

Произведена государственная регистрация права собственности Р. на гаражный бокс как на объект недвижимости.

Согласно заключению проведённой по делу экспертизы гаражный бокс  не имеет прочной связи с землей, не обладает признаками недвижимого имущества, а его металлический каркас и стены, выполненные из металлических листов, одновременно являются каркасом и стенами прилегающих к спорному гаражу других боксов.

Разрешая спор, суд первой инстанции привел разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»,  и исходил из того, что требование о признании отсутствующим права собственности является надлежащим способом защиты, в том числе в случае, если указанное право на объект движимого имущества зарегистрировано как на объект недвижимости.

Поскольку спорный объект, права на который в ЕГРН зарегистрированы как на недвижимость, не обладает соответствующими признаками недвижимой вещи, сам факт государственной регистрации права собственности ответчика на такое имущество нарушает права собственника земельного участка, поскольку значительно ограничивает возможность реализации последним имеющихся у него правомочий.

Нарушенное право может быть восстановлено путем исключения из реестра записи о праве собственности ответчика на объект.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

 

 Определение № 33-25015/2020

 

 

2.  Решение о признании садового дома жилым принимается уполномоченным органом местного самоуправления. Судебный иск не может быть использован с целью обхода норм специального законодательства, предусматривающих ввод  в гражданский оборот новых недвижимых объектов.

 

А.,А. обратились в суд с иском к Администрации г.о. Жуковский Московской области о признании здания: жилое строение (садовый дом) площадью 109,8 кв.м пригодным для постоянного проживания, указывая, что установление данного факта необходимо им для регистрации по данному адресу по месту жительства.

Требования мотивированы тем, что они являются собственниками земельного участка площадью 400 кв.м в СНТ «Селекционер» с расположенным на нем садовым домом.

Указали, что в соответствии с экспертным заключением дом является жилым и пригодным для круглогодичного проживания.

Решением Жуковского городского суда Московской области от 10 сентября 2019 года, оставленным  без изменения апелляционным определением судебной коллегии, исковые требования удовлетворены.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 19 августа 2020 года апелляционное определение отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

При повторном рассмотрении апелляционной жалобы Администрации г.о. Жуковский, судебная коллегия указала, что  согласно подп. 2 п. 1 ст. 40 Земельного кодекса РФ собственник земельного участка имеет право возводить жилые, производственные, культурно-бытовые  и иные здания, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил.

В соответствии с положениями п. 2 ст. 23 Федерального закона от 29.07.2017 N 217-ФЗ (в ред. от 03.08.2018) "О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд" строительство объектов капитального строительства на садовых земельных участках допускается только в случае, если такие земельные участки включены в предусмотренные правилами землепользования и застройки территориальные зоны, применительно к которым утверждены градостроительные регламенты, предусматривающие возможность такого строительства.

В силу п. 4 названной статьи в целях обеспечения устойчивого развития территории садоводства или огородничества, в том числе установления границ такой территории, установления границ земельных участков, включая земельные участки общего назначения, установления границ зон планируемого размещения объектов капитального строительства, включая объекты капитального строительства, относящиеся к имуществу общего пользования, осуществляется подготовка документации по планировке территории. Подготовка документации по планировке территории садоводства или огородничества осуществляется в соответствии с законодательством о градостроительной деятельности с учетом требований настоящей статьи. Документация по планировке территории, подготовленная в отношении территории садоводства или огородничества, до ее утверждения должна быть одобрена решением общего собрания членов товарищества.

Как указано судебной коллегией, материалами дела не подтверждено, что на спорную территорию СНТ "Селекционер" имеется утвержденный проект планировки территории и проект межевания территории.

Помимо указанного, в соответствии с положениями п. 3 ст. 23 Федерального закона 29.07.2017 г. № 217-ФЗ «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд» садовый дом может быть признан жилым домом, жилой дом может быть признан садовым домом в порядке, предусмотренном Правительством Российской Федерации от 28.01.2006 г. № 47.

Во исполнение требований закона Правительство Российской Федерации постановлением от 24.12.2018 г. № 1653 «О внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 28.01.2006 г. № 47» дополнило Положение разделом VI, содержащим порядок признания садового дома жилым домом и жилого дома садовым домом.

Согласно этому порядку садовый дом признается жилым домом и жилой дом - садовым домом на основании решения органа местного самоуправления муниципального образования, в границах которого расположен садовый дом или жилой дом (пункт 55 Положения).

Для признания садового дома жилым домом собственник садового дома представляет в уполномоченный орган местного самоуправления непосредственно либо через многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг заявление о признании садового дома жилым домом, с приложением документов, предусмотренных пунктом 56 Положения.

Решение о признании садового дома жилым домом либо об отказе в признании садового дома жилым домом должно быть принято по результатам рассмотрения соответствующего заявления уполномоченным органом местного самоуправления не позднее чем через 45 календарных дней со дня подачи заявления (п. 59 Положения).

Как указала судебная коллегия, решение вопроса о признании помещения жилым помещением действующее законодательство относит к компетенции межведомственной комиссии, порядок создания которой урегулирован вышеуказанным постановлением Правительства Российской Федерации.

Судебный иск не может быть использован с целью обхода норм специального законодательства, предусматривающих ввод в гражданский оборот новых недвижимых объектов жилого назначения, что не учтено судом при разрешении спора.

Поскольку доказательства соблюдения предусмотренного постановлением  Правительства Российской Федерации от 28 января 2006 года №47 порядка признания садового дома жилым домом отсутствуют, решение суда первой инстанции отменено, постановлено новое решение об отказе в удовлетворении иска.

 

Определение № 33-24321/2020

 

 

3. Для юридической ответственности в виде сноса строения, находящегося в минимально допустимых расстояниях и в границах охранных зон газопроводов,  необходимо установление противоправного поведения ответчика при строительстве такого объекта.

 

ООО «Газпром трансгаз Москва» обратилось в  суд с иском к Т. о понуждении к сносу за счёт ответчика садового дома, возведённого в охранной зоне и зоне минимальных расстояний от оси магистрального газопровода-отвода I класса Рр 55 кг/см2 Ду-500мм «ГРС Кашира» на земельном участке, расположенном по адресу: Московская область, Каширский район, дер.Большое Кропотово, СНТ «Малое Кропотово».

Истец указал, что находящийся на земельном участке ответчика садовый дом  расположен на расстоянии 43 метра до центра нитки магистрального газопровода составляет, т.е построен в зоне минимально допустимых расстояний, установленных СНиП 2.05.06-85, запрещающих возведение каких-либо садовых домиков в коллективных садоводствах ближе 150 метров.

Заочным решением Каширского городского суда Московской области от 20 сентября 2016 г. исковые требования ООО «Газпром трансгаз Москва» удовлетворены.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам,  рассматривавшей дело по правилам суда первой инстанции, заочное решение Каширского городского суда отменено, исковое заявление ООО «Газпром трансгаз Москва» удовлетворено.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 13.05.2020 года апелляционное определение отменено, дело направлено на новое рассмотрение. 

Судом апелляционной инстанции установлено, что ООО "Газпром трансгаз Москва" на основании договора аренды осуществляет эксплуатацию газопровода ГРС Кашира 1966 года постройки, включенного в государственный реестр опасных производственных объектов.

Отвод земельного участка СНТ «Малое Кропотово» был осуществлен после строительства газопровода - в 1991 году, что подтверждается государственным актом на право пользования землей  и решением исполкома Каширского горсовета от 12.07.1991 года.

Судебной коллегией были приведены положения статьи 32 Федерального закона от 31 марта 1999 г. № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации», которой установлено, что организация - собственник системы газоснабжения, кроме мер, предусмотренных законодательством Российской Федерации в области промышленной безопасности, обязана обеспечить на стадиях проектирования, строительства и эксплуатации объектов системы газоснабжения осуществление комплекса специальных мер по безопасному функционированию таких объектов, локализации и уменьшению последствий аварий, катастроф (часть 1).

Органы исполнительной власти и должностные лица, граждане, виновные в нарушении ограничений использования земельных участков, осуществления хозяйственной деятельности в границах охранных зон газопроводов, зон минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов или в умышленном блокировании объектов систем газоснабжения либо их повреждении, иных нарушающих бесперебойную и безопасную работу объектов систем газоснабжения незаконных действиях, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (часть 3).

Здания, строения и сооружения, построенные ближе установленных строительными нормами и правилами минимальных расстояний до объектов систем газоснабжения, подлежат сносу за счёт средств юридических и физических лиц, допустивших нарушения (часть 4).

Данная норма закона прямо указывает, что снос производится за счёт лиц, допустивших нарушения.

Аналогичный вывод следует и из положений статьи 222 ГК РФ.

Применительно к названной норме закона и сносу строений, находящихся в минимально допустимых расстояниях и в границах охранных зон газопроводов, Конституционным Судом Российской Федерации неоднократно указывалось, что наличие состава правонарушения является необходимым основанием для всех видов юридической ответственности, при этом наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения – общепризнанный принцип привлечения к юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, то есть закреплено непосредственно в законе (определения от 27 марта 2018 г. № 701-О, от 6 октября 2015 г. № 2318-О).

На основании пункта 1 статьи 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Согласно пункту 1.4 Правил охраны магистральных газопроводов, утвержденных постановлением Федерального горного и промышленного надзора России от 24 апреля 1992 г. № 9, предприятия трубопроводного транспорта должны передать материалы фактического положения трубопровода (исполнительная съемка) с привязкой охранных зон, входящих в его состав коммуникаций и объектов, в соответствующие местные органы власти и управления для нанесения их на районные карты землепользователей. Аналогичные нормы содержались в Правилах охраны магистральных трубопроводов, утвержденных постановлением Совета Министров СССР от 12 апреля 1979 г. № 341 (пункт 6).

В соответствии с пунктом 1.13 Правил технической эксплуатации магистральных газопроводов, утверждённых Министерством газовой промышленности СССР 22 марта 1988 г., после приёма газопровода в эксплуатацию эксплуатирующая организация должна проконтролировать, чтобы в месячный срок фактическое положение газопровода было нанесено на карты землепользователей в исполнительных комитетах районных (городских) Советов народных депутатов.

Таким образом, законодательством устанавливалась обязанность организации газовой промышленности по информированию заинтересованных лиц о месте расположения газопровода в целях недопущения причинения вреда при возможных аварийных ситуациях.

Судом апелляционной инстанции установлено, что земельный участок в СНТ «Малое Кропотово» приобретен ответчиком в 2005 году с уже находившимся на нем спорным садовым домом.

В выписке из ЕГРН указан год постройки дома 1993 г., тогда как акт проверки правильности нанесения трасс магистральных газопроводов и газопроводов-отводов и их охранных зон Серпуховского УМГ на районные карты землепользователей Каширского района составлен только 08.10.2004 года.

Свидетельство о регистрации опасных производственных объектов, в том числе и станции ГРС «Кашира», получено ООО «Газпром трансгаз Москва» 19.01.2015 года.

Судебная коллегия указала на отсутствие доказательств, подтверждающих более ранние сроки нанесения на карты землепользователей сведений о месте нахождения магистрального газопровода. 

Согласно письму администрации Каширского района от 21 июня    1994 г., выбор земельного участка был согласован с Комитетом по архитектуре г.Кашира, Комитетом по земельной реформе, СЭС, Госпожнадзором, Роскомприроды, прежним землепользователем, заказчиком, сельсоветом, проект СТ «Каширские роднички» и «Смена» согласован с Каширским горгазом. В Каширском районе не имелось сведений о прохождении магистральных газопроводов, при проведении съёмки территории СТ «Смена» и «Каширские роднички», а также отвода земель в натуре и разбивке садовых товариществ на местности, пикеты, указывающие на прохождение газопровода, отсутствовали.

О том, что СТ «Смена» и «Каширские роднички» находятся в непосредственной близости от магистрального газопровода, администрация района была впервые поставлена в известность Серпуховским управлением магистральных газопроводов письмом от 24 мая 1993 года.

Сведений, что администрация  района уведомила СНТ «Малое Кропотово» о нахождении ряда земельных участков, выделенных членам товарищества для ведения садоводства,  в границах  минимального расстояния от магистрального газопровода, в материалах дела не имеется.

Поскольку стороной истца не представлено доказательств противоправности действий ответчика по возведению садового дома в границах минимального расстояния от оси магистрального газопровода, судебная коллегия пришла к выводу  об отсутствии основания для возложения на  ответчика обязанности по сносу за свой счет садового дома.  В  удовлетворении исковых требований   ООО «Газпром трансгаз Москва» отказано.

 

Определение № 33-14131/2020 

 

 

Споры, возникающие из жилищных правоотношений

 

4. Повторное обеспечение жилым помещением военнослужащего, ранее обеспеченного жильем в качестве члена семьи военнослужащего (супруга), и не предоставившего  документы о его освобождении, может осуществляться лишь в общем порядке по нормам Жилищного кодекса РФ.

 

Л.Е.В., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Л.Ю.В., Л.К.А., обратилась в суд с иском к Минобороны РФ, Департаменту жилищного обеспечения Минобороны РФ об отмене решения Департамента жилищного обеспечения Минобороны РФ от 8 октября 2018 г., которым ей отказано в предоставлении жилого помещения и она была снята с учета нуждающихся в жилых помещениях,  о признании за истицей и членами ее семьи права на обеспечение жилым помещением за счет Минобороны РФ, возложении обязанности передать в собственность квартиру, расположенную по адресу: Московская область, г. Балашиха.

В обоснование требований указала, что она проходила военную службу по контракту, 23 декабря 2015 г. была уволена в связи с организационно-штатными мероприятиями с оставлением в списках лиц, нуждающихся в улучшении жилищных условий.

Департаментом жилищного обеспечения Минобороны РФ ей на состав семьи из трех человек распределено жилое помещение общей площадью 74,1 кв.м. по адресу: Московская область, г. Балашиха.

8 октября 2018 г. решением ответчика ей отказано в предоставлении данной квартиры и она снята с учета нуждающихся в жилых помещениях в связи с тем, что ее бывшему супругу ранее на состав семьи из четырех человек была предоставлена квартира общей площадью 125,3 кв.м. по адресу: г. Москва.

Решением Балашихинского городского суда Московской области от 3 декабря 2018 г., оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, исковые требования удовлетворены.

Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции  от 04 июня 2020 года апелляционное определение отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

Из установленных судом обстоятельств следует, что 7 ноября 2008 г. с Л.В.В. (бывшим супругом Л.Е.В., имеющим статус военнослужащего), был заключен договор социального найма жилого помещения - пятикомнатной квартиры площадью 125,3 кв.м., расположенной по адресу: г. Москва, в связи предоставлением данного помещения Департаментом жилищного обеспечения Минобороны РФ на состав семьи из 4 человек, включая самого Л.В.В., его супругу Л.Е.В. (истицу по делу), дочерей Л.О.В. и Л.Ю.В. с учетом его права на дополнительную площадь по воинскому званию - полковник и права на дополнительную площадь его дочери – Л.Ю.В. в связи с заболеванием.

3 марта 2015 г. брак между Л.Е.В. и Л.В.В. расторгнут решением суда.

10 февраля 2015 года Л.Е.В. снялась с регистрационного учета по месту жительства  по адресу: гор. Москва.

 17 июля 2018 года несовершеннолетняя Л.Ю.В. также снялась с регистрационного учета  по адресу: гор. Москва.

Решением  1 отдела ФГКУ «Западное  региональное  управление  жилищного обеспечения»  Минобороны РФ  от 14 августа  2015 года Л.Е.В., как военнослужащая, одна принята на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору  социального найма.

 Решением  того же органа  от 19.02.2016 года  постановлено внести изменение  в решение  от 14 августа 2015 года  в части включения  в состав семьи  ее дочери  Л.Ю.В.

Решением  1 отдела ФГКУ «Западное  региональное  управление  жилищного обеспечения»  Минобороны РФ  от  05 апреля 2016 года  в состав семьи Л.Е.В. включен  несовершеннолетний  внук Л.К.А.

После увольнения истицы из военной службы Департаментом жилищного обеспечения Минобороны РФ  Л.Е.В. было распределено жилое помещение общей площадью 74,1 кв.м, расположенное по адресу: Московская область, г. Балашиха на состав семьи 3 человека с учетом права на дополнительную общую площадь в связи с заболеванием дочери – Л.Ю.В.

Решением Департамента жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации от 08 октября 2018 года Л.Е.В.  было отказано в предоставлении указанного жилого помещения, поскольку ей ранее в составе семьи супруга была предоставлена квартира общей площадью 125, 3 кв.м. по адресу: г. Москва.  Сведений о сдаче  Л.Е.В. и Л.Ю.В. указанного жилого помещения не представлено.

Судебная коллегия, отменяя решение суда первой инстанции, привела положения ст.ст.2,15 Федерального закона "О статусе военнослужащих", ст. 69 ЖК РФ, которыми закреплено гарантированное государством обеспечение военнослужащих и членов их семей жилыми помещениями за счет средств федерального бюджета

Судебная коллегия указала, что по смыслу приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года N 8 "О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих" военнослужащий имеет возможность избрать способ обеспечения жилым помещением по линии Минобороны РФ, реализовав право на жилье лично либо в составе члена семьи военнослужащего, что судом первой инстанции  не учтено.

Судебная коллегия указала, что Минобороны РФ, обеспечивая жилым помещением  Л.В.В.,  предоставило квартиру с учетом членов его семьи, включая истицу Л.Е.В. и дочь Л.Ю.В., с учетом ее права на дополнительную площадь.

Истица, несмотря на наличие права пользования пятикомнатной квартирой общей площадью 125,3 кв.м, изменила место своего жительства совместно с дочерью Л.Ю.В., в результате чего была повторно обеспечена жилым помещением в порядке, предусмотренном Федеральным законом.

 Если военнослужащий реализовал свое право на жилое помещение по договору социального найма в порядке, предусмотренном Федеральным законом "О статусе военнослужащих", и не может представить документы о его освобождении, повторное обеспечение такого военнослужащего жилым помещением по договору социального найма осуществляется в общем порядке согласно нормам Жилищного кодекса РФ с учетом ранее полученного жилого помещения  по месту службы.

Из дела следует, что ранее распределенная квартира в гор. Москве с учетом  права Л.Е.В. и Л.Ю.В., сдана не была.

Судебная коллегия пришла к выводу об отмене решения суда первой инстанции и отказе в удовлетворении исковых требований ввиду отсутствия  у истца и членов ее семьи оснований требовать повторного предоставления жилья по нормам ФЗ «О статусе военнослужащих» и факта нуждаемости в улучшении жилищных условий.

 

Определение № 33-17264/2020

 

 

Разрешение споров, связанных с исполнением обязательств.

 

5. При наличии зарегистрированного залога транспортного средства на дату заключения договора купли-продажи приобретатель транспортного средства не может быть признан добросовестным, если он не принял мер к получению информации из Реестра о залоге движимого имущества.

 

АО МС Банк Рус обратился в суд с иском к Л. об обращении взыскания на заложенное имущество- автомобиль, ссылаясь на то, что 26.06.2017 заключил с Д. кредитный договор, по условиям которого банк предоставил ему кредит для приобретения автомобиля марки «SKODA ROOMSTER». В соответствии с условиями договора обязательства заемщика обеспечиваются залогом приобретаемого автомобиля.

В связи с ненадлежащим исполнением Д. обязательств по кредитному договору образовалась задолженность. 18.04.2018 года зарегистрирован переход права собственности на автомобиль от Д. к Л.

Решением Сергиево-Посадского городского суда Московской области от 11 июля 2019 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии от 18 декабря 2019 г., в удовлетворении иска отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 8 июля 2020 г. апелляционное определение отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Рассматривая апелляционную жалобу банка, коллегия установила, что 23.06.2017 года между Д. и ООО «Рольф» заключен договор купли-продажи автомобиля марки «Skoda Roomster».

27.06.2017 года в реестре заложенного движимого имущества зарегистрирован залог в отношении автомобиля в пользу банка.

16.03.2018 года Д. умер.

14.04.2018 года между Д. и Л. заключен договор купли-продажи спорного автомобиля, по которому Л. приобрел его в собственность.

18.04.2018 года в отношении указанного автомобиля зарегистрировано право собственности Л.

Отказывая в удовлетворении требований банка об обращении взыскания на заложенное имущество, суд первой инстанции пришел к выводу, что банк, являясь выгодоприобретателем по договору страхования, после смерти Денисова В.М. обязан был обратиться в страховую компанию с заявлением о страховой выплате.

Судебная коллегия, признавая  решение суда подлежащим отмене как постановленное с нарушением норм закона, указала, что сделка купли-продажи от 14.04.2018 года в силу ст. 168 ГК РФ является ничтожной, недействительной с момента ее совершения, учитывая, что Д. договор купли-продажи автомобиля не подписывал, каких-либо действий, направленных на прекращение своего права собственности в отношении спорного автомобиля при жизни не совершал.

В силу подпункта 2 пункта 1 статьи 352 ГК РФ залог прекращается, если заложенное имущество возмездно приобретено лицом, которое не знало и не должно было знать, что это имущество является предметом залога.

В абзаце третьем пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

С целью защиты прав и законных интересов залогодержателя как кредитора по обеспеченному залогом обязательству в абзаце первом пункта 4 статьи 339.1 ГК РФ введено правовое регулирование, предусматривающее учет залога движимого имущества путем регистрации уведомлений о его залоге в реестре уведомлений о залоге движимого имущества единой информационной системы нотариата и определяющее порядок ведения указанного реестра (реестр уведомлений о залоге движимого имущества).

В соответствии со статьей 34.4 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате Федеральная нотариальная палата обеспечивает с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" ежедневно и круглосуточно свободный и прямой доступ неограниченного круга лиц без взимания платы, в том числе к сведениям о залоге движимого имущества.

Судебной коллегией установлено, что сведения о залоге спорного автомобиля в пользу банка внесены в реестр уведомлений о залоге движимого имущества 27.06.2017 года - до заключения договора купли-продажи автомобиля от 11.04.2018 года.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что Л. предпринимал попытки получить из реестра уведомлений о залоге движимого имущества информацию о залоге приобретаемого им транспортного средства до заключения договора купли-продажи по идентификационному номеру транспортного средства, как и доказательств ненадлежащей работы данной электронной системы в юридически значимый период, в материалах дела не имеется.

Как указала коллегия, совокупность данных обстоятельств дает основания отнести сторону ответчика к недобросовестному приобретателю, в силу закона залог не прекращен. Требования банка об обращении взыскания на автомобиль. подлежат удовлетворению.

Решение суда первой инстанции отменено, по делу постановлено новое решение об обращении взыскания на заложенное транспортное средство.

 

Определение № 33-21297/2020

 

 

6. Банк, осуществивший платежи со счета при отсутствии денежных средств, считается предоставившим кредит на соответствующую сумму (овердрафт) лишь в том случае, если возможность кредитования предусмотрена договором банковского счета.

 

М. обратился в суд с иском к ПАО «Сбербанк России» о расторжении договора банковского счета, обязании закрыть банковский счет. В обоснование требований указал, что между сторонами  был заключен договор банковского счета «ПРО100 «Стандарт», по которому М. открыт расчетный счет и выпущена расчетная карта.

Ему было отказано в закрытии счета карты до погашения задолженности, которая образовалась в результате списания ответчиком денежных средств в рамках исполнения постановления судебного пристава-исполнителя Истринского РОСП (неразрешенный овердрафт составляет 181 898,83 руб.)

Решением суда первой инстанции от 18 ноября 2019 года, оставленным без изменения апелляционным определением от 20 мая 2020 г., в иске отказано.

 Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от
23 сентября 2020 г. апелляционное определение отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

Как установлено судом, 30.10.2014 года между М. и ПАО «Сбербанк России» был заключен договор банковского счета «ПРО100 «Стандарт Личная», в рамках которого М. открыт расчетный счет №.

При заключении договора М. ознакомлен с Условиями использования карт, Памяткой держателя и Тарифами Банка.

В соответствии с п. 1.50 Условий выпуска и обслуживания дебетовой карты ПАО «Сбербанк» техническая задолженность – задолженность, образовавшаяся в результате совершения операции на сумму, превышающую расходный лимит. Техническая задолженность может образоваться, например, в результате возникновения курсовой разницы, совершения операции без авторизации, технического сбоя.

Согласно п. 2.21 Условий договор вступает в силу с даты его подписания и прекращает свое действие при подаче заявления о закрытии счета карты держателем в подразделение Банка/Представителем в подразделение банка по месту ведения счета карты, при этом держатель обязан: уплатить комиссии и платы, предусмотренные договором; погасить техническую задолженность; погасить в полном объеме общую задолженность, включая платы, предусмотренные тарифами (для дебетовых карт с овердрафтом); завершить мероприятия по урегулированию спорных операций.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что истцом в полном объеме не исполнены договорные обязательства перед ответчиком; истец был ознакомлен с Условиями использования карт, памяткой держателя и тарифами Банка, обратившись с заявлением об отказе от использования карты, не погасил задолженность.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции не согласилась, указав следующее.

На основании ст. 854 ГК РФ списание денежных средств со счета осуществляется банком на основании распоряжения клиента. Без распоряжения клиента списание денежных средств, находящихся на счете, допускается по решению суда, а также в случаях, установленных законом или предусмотренных договором между банком и клиентом.

Согласно положениям ст.ст., 5,8,9 Федерального закона "Об исполнительном производстве" на банки возложена обязанность производить принудительное исполнение судебных актов за счет средств должника, находящиеся на  его счетах, однако, Федеральный закон вместе с тем не предусматривает возможность кредитования банками счета должника по своему усмотрению.

В соответствии со ст. 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

В силу ст. 850 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с договором банковского счета банк осуществляет платежи со счета, несмотря на отсутствие денежных средств (кредитование счета), банк считается предоставившим клиенту кредит на соответствующую сумму с момента осуществления такого платежа. Права и обязанности сторон, связанные с кредитованием счета, определяются правилами о займе и кредите (глава 42), если договором банковского счета не предусмотрено иное.

Таким образом, условие о предоставлении банком кредита при временном отсутствии средств на счете клиента (овердрафт) должно быть предусмотрено в договоре банковского счета.

Порядок осуществления кредитными организациями операций с платежными картами установлен Положением об эмиссии платежных карт и об операциях, совершаемых с их использованием, утвержденным Центральным банком Российской Федерации 24 декабря 2004 г. N 266-П.

В соответствии с пунктом 2.7 Положения в случае отсутствия или недостаточности денежных средств на банковском счете при совершении клиентом операций с использованием расчетной (дебетовой) карты клиенту в пределах лимита, предусмотренного в договоре банковского счета, может быть предоставлен овердрафт для осуществления данной расчетной операции при наличии соответствующего условия в договоре банковского счета.

Как указала судебная коллегия, из приведенных норм права следует, что банк, осуществивший платежи со счета при отсутствии денежных средств, считается предоставившим клиенту кредит на соответствующую сумму (овердрафт) лишь в том случае, если возможность кредитования предусмотрена договором банковского счета.

Истцу была выдана дебетовая карта, в заявлении на ее получение овердрафт не был предусмотрен, истец не давал банку распоряжения на списание денежных средств со счета при их отсутствии, то есть не совершал действий, которые можно было бы расценить как направленные на заключение кредитного договора.

Судебная коллегия пришла к выводу об отмене решения суда первой инстанции  и принятии нового решения об  удовлетворении требований истца.

 

Определение № 33-22434/2020

 

 

Добровольное и обязательное страхование

 

7. Требование о взыскании стоимости устранения недостатков ремонта транспортного средства не может быть удовлетворено, если истец не воспользовался своим правом требовать от страховой компании проведения повторного ремонта и не представил автомобиль на повторный осмотр.

 

Г. обратился в суд с иском к САО «ВСК» о взыскании страхового возмещения, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, судебных расходов.

В обоснование иска указал, что в период действия договора ОСАГО произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого его автомобиль получил повреждения.

Истец обратился к ответчику с заявлением о наступлении страхового случая, страховщик направил автомобиль на ремонт на СТОА.

Получив автомобиль, через некоторое время он установил, что ремонт произведен некачественно. Согласно заключению независимого оценщика стоимость восстановительного ремонта составляет 27 530 руб. Направленная в досудебном порядке в адрес ответчика претензия оставлена без удовлетворения.

Решением Реутовского городского суда Московской области от 20 июня 2019 г. иск удовлетворен частично: суд взыскал с САО «ВСК» в пользу Г. страховое возмещение в размере 11 300 руб., неустойку в  таком же размере, компенсацию морального вреда, штраф, судебные расходы.

Судебная коллегия,  рассматривая апелляционную жалобу страховой компании,  установила, что после произошедшего ДТП 16.04.2018 года истец обратился в САО «ВСК», в тот же день произведен осмотр транспортного средства  и 17.04.2018 года страховой компанией выдано направление на ремонт в СТОА». 

26.05.2018 года истец передал на СТОА свой автомобиль, работы выполнены

21.06.2019 года истцом и СТОА подписан акт сдачи-приемки работ по ремонту автотранспортного средства без замечаний.

В связи с обнаруженными Г. недостатками произведенного ремонта по его заявлению ООО «Эксперт» определил стоимость восстановительного ремонта автомобиля без учета износа в размере 27 530 руб.

13.11.2018 года истцом направлена в адрес ответчика претензия с приложением экспертного заключения ООО «Эксперт» с требованием о выплате страхового возмещения, неустойки, расходов по экспертной оценке.

В ответ на указанную претензию 19.11.2018 года страховая организация организовала повторный осмотр транспортного средства, но в назначенное время и дату автомобиль не был предоставлен.

Удовлетворяя частично исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что страховая компания ненадлежащим образом исполнила свои обязательства по ремонту автомобиля и нарушила сроки исполнения обязательства по выплате страхового возмещения.

Судебная коллегия, отменяя решение суда, как не отвечающее требованиям закона, указала, что положениями ст.ст. 15.1, 15.2, 15.3 Закона об ОСАГО, пунктом 5.3 Положения Банка России от 19 сентября 2014 г. № 431-П «О правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств» предусматривается выплата страховщиком стоимости расходов по устранению недостатков, вызванных некачественным ремонтом, только в случае невозможности устранения недостатков восстановительного ремонта путем проведения повторного ремонта.

Судебная коллегия указала, что после передачи истцом по направлению страховой компании автомобиля на СТОА,  ремонт транспортного средства истца был произведен в установленный законом срок.

Указанные в заключении экспертизы как некачественно выполненные работы, в частности: крыло заднее левое – вмятина, следы шагрени; бампер -царапины; стойка центральная левая –вмятина, порог левый –вмятина, возможно было определить визуально при принятии  транспортного средства из СТОА, однако, замечаний по качеству работ истец при принятии автомобиля не заявлял.

По результатам рассмотрения претензии истца страховая компания организовала повторный осмотр автомобиля 19 ноября 2018 года, известив истца телеграммой, однако он автомобиль на осмотр не представил.

Судебная коллегия пришла к выводу, что истец не воспользовался своим правом требовать от страховой компании проведения повторного ремонта, и, несмотря на предложение страховщика представить автомобиль на повторный осмотр, с нарушением действующего порядка предъявил требования о выплате стоимости устранения недостатков самостоятельно.

Судебная коллегия пришла к выводу об отсутствии со стороны страховой компании нарушений прав истца.  Решение суда первой инстанции отменено, принято новое решение об отказе в удовлетворении иска.

 

Определение № 33-21333/2020

 

 

8. Размер неустойки по договору добровольного страхования имущества  подлежит исчислению от цены оказания услуги - страховой премии, а не от суммы страхового возмещения.

 

К. обратился в суд с иском к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа.

В обоснование иска указано, что 08 июня 2017 года между сторонами заключен договор добровольного страхования строений, квартир, домашнего и другого имущества, гражданской ответственности собственников (владельцев) имущества.

Истец оплатил страховую премию.

15 февраля 2018 года произошел страховой случай - залив квартиры.

Согласно экспертному заключению стоимость восстановительного ремонта помещений квартиры составляет 379 739 рублей. Ответчик страховое возмещение не выплатил.

Решением Люберецкого городского суда Московской области от 28 октября 2019 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 02 марта 2020 года решение суда отменено, исковые требования удовлетворены -  постановлено взыскать страховое возмещение 379 739 рублей, неустойку в размере 379 739 рублей, штраф 379 739 рублей, компенсацию морального вреда.

Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 19 августа 2020 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 02 марта 2020 года отменено в части взыскания неустойки и штрафа, в указанной части дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

Суд апелляционной инстанции при новом рассмотрении дела указал, что  пунктом 5 статьи 28 Закона РФ "О защите прав потребителей" предусмотрена ответственность за нарушение сроков оказания услуги потребителю в виде уплаты неустойки, начисляемой за каждый день просрочки в размере трех процентов цены оказания услуги, а если цена оказания услуги договором об оказании услуг не определена - общей цены заказа.

При этом абзац 4 пункта 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей устанавливает, что сумма неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).

Цена страховой услуги определяется размером страховой премии (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан").

Судебной коллегией указано, что неустойка за нарушение сроков выплаты страхового возмещения по договору добровольного страхования имущества подлежит исчислению от цены оказания услуги - страховой премии.

При этом сумма подлежащей взысканию неустойки не может быть больше размера страховой премии.

Размер страховой премии, уплаченной истцом по заключенному между сторонами договору добровольного имущественного страхования, составляет 6 750 руб.

Следовательно, размер взыскиваемой с ПАО СК "Росгосстрах" в пользу К. неустойки не может превышать 6 750 руб., который и подлежит взысканию в пользу истца.

На основании п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей»  исходя из размера присужденной суммы, подлежит определению размер штрафа.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 28.09.2020 года решение суда первой инстанции в части отказа во взыскании неустойки и штрафа отменено, в отмененной части принято новое решение о взыскании с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу К. неустойки в размере 6 750 руб., штрафа в размере 203 244, 5 руб.

 

Определение № 33-22996/2020

 

 

Споры о защите прав потребителей

 

9. Потребитель, заключивший одновременно с договором купли-продажи транспортного средства договор о технической помощи на дорогах, вправе в любое время отказаться от его исполнения, возместив другой стороне фактически понесенные ею расходы. 

 

К. обратился в суд с иском к ИП «Ангелова М.И.» о взыскании денежной суммы, уплаченной по договору возмездного оказания услуг, в сумме 107 000 рублей, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов.

Требования мотивированы тем, что 18.02.2020 между ним и ООО «Фулар Лайн» заключён договор купли-продажи транспортного средства OPEL ZAFIRA. В автосалоне истец заключил с ответчиком договор технической помощи на дороге сроком на 2 года на сумму 107 000 рублей. Для  его оплаты он заключил с  банком кредитный договор. Указанная услуга была навязана ему сотрудником ООО «Фулар Лайн» как обязательное условие при заключении договора купли-продажи автомобиля.

Решением Подольского городского суда Московской области от 16 июня 2020 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда  решение Подольского городского суда Московской области отменено, исковое заявление К. удовлетворено.

Судебная коллегия, рассматривая апелляционную жалобу истца, не согласилась с выводами суда первой инстанции о том, что услуга технической помощи на дороге была навязана ответчиком,  указав, что акт приёма-передачи товара и услуг подписан самим истцом, волеизъявление сторон было добровольным.

При этом суд апелляционной инстанции указал на неправильное применений пункта 1 статьи 782 ГК РФ, пп. 1 и 2 ст. 450.1 ГК РФ , регламентирующих право на односторонний отказ от договора (исполнения договора).

Судебная коллегия указала, что в соответствии со статьёй 32 Закона РФ "О защите прав потребителей" потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесённых им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Указанные положения применяются в случаях, когда отказ потребителя (заказчика) от договора не связан с нарушением исполнителем обязательств по договору, возлагая на потребителя (заказчика) обязанность оплатить расходы, понесенные исполнителем в связи с исполнением обязательств по договору.

Судебной коллегией установлено, что ИП «Ангелова М.И.» является дилером на основании дилерского договора от 01.12.2019, заключённого с ООО «Все эвакуаторы».

В соответствии с указанным договором ответчик осуществляет реализацию услуг, которые будет оказывать клиентам ООО «Все эвакуаторы».

Судом апелляционной инстанции установлено, что истец, не воспользовавшись услугами помощи на дорогах и желая в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора, заключённого с ИП «Ангелова М.И.», направил ответчику письменное уведомление с требованием о возврате денежных средств, уплаченных по договору.

Поскольку требование К. не было удовлетворено ответчиком в добровольном порядке, и ответчиком не представлено доказательств фактически понесенных расходов по исполнению договора, судебная коллегия пришла к выводу о взыскании с ответчика в пользу К. денежных средств, уплаченных по договору, неустойки,  компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов.

Определение № 33-22197/2020

 

 

Споры, возникающие из трудовых и социальных отношений

 

10. На работника, как экономически более слабую сторону в трудовом правоотношении, не могут быть возложены неблагоприятные последствия отсутствия письменного трудового договора. Суд должен устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений на основании совокупности доказательств, оказывая  работнику содействие в их собирании и истребовании.

 

Первоначально Ш. обратился в суд с иском к ООО «Диваныч» об установлении факта трудовых отношений в должности чертежника, обязании внести в трудовую книжку запись о приеме на работу в должности чертежника с 31.07.2018 года и запись об увольнении с 21.02.2019 года по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ (по собственному желанию), обязании выдать трудовую книжку, предоставить в орган Пенсионного фонда индивидуальные сведения по начисленным и уплаченным страховым взносам, взыскании задолженности по заработной плате, задолженности по заработной плате за  дополнительную работу за совместительство в должности конструктора, компенсации за задержку выдачи трудовой книжки, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, судебных расходов.

Требования мотивировал тем, что  с 31.07.2018 года по 21.02.2019 года осуществлял трудовую деятельность в ООО «ДИВАНЫЧ» в должности «чертежник» с должностным окладом 35 000 руб. Также с 31.07.2018 года истец выполнял дополнительные трудовые обязанности по должности «конструктор», размер заработной платы 40 000 руб. в месяц. Трудовой договор с истцом не оформлялся, заработная плата не выплачена. 21.02.2019 года трудовые отношения между сторонами прекращены по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ, однако оформленная трудовая книжка не выдана, окончательный расчет при увольнении не произведен.

Решением Щёлковского городского суда Московской области от 19.11.2019 года исковые требования удовлетворены частично.

Апелляционным определением от 13 мая 2020 года решение суда отменено, в удовлетворении исковых требований отказано.

Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 12 октября 2020 года апелляционное определение отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

При новом рассмотрении дела истцом подано заявление  о привлечении соответчика ООО «ЭКОДИЗАЙН» со ссылкой на то, что истец устраивался на работу и работал в спорный период именно на мебельной фабрике «Экодизайн», учредителем ответчика и соответчика является С., фактически телефонный номер-------- принадлежит К. - владельцу мебельной фабрики.

Судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции, в качестве соответчика привлечено ООО «ЭКОДИЗАЙН».

Рассматривая спор, судебная коллегия привела положения ст.ст.15, 16, 56, 67  Трудового кодекса РФ, разъяснения, содержащиеся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации",  и в пунктах 17,21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям".

Судебная коллегия указала, что к  признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем.

В судебном заседании судебная коллегия определила указанные обстоятельства как юридически значимые и направила запрос в ООО «Экодизайн» об истребовании доказательств: книги движения трудовых книжек и приказов по организации, штатного расписания со штатной расстановкой за указанный период, сведений о выплате заработной платы сотрудникам организации за указанный период. Кроме того, судебная коллегия предложила ООО «Экодизайн» представить отзыв на уточненное исковое заявление, в котором указать следующие юридически значимые обстоятельства и представить доказательства в их обоснование: было ли достигнуто соглашение между директором ООО «Экодизайн» и Ш. о выполнении работ в должностях чертежника и конструктора с 31.07.2018 года по 21.02.2019 года, был ли Ш. допущен к выполнению этой работы генеральным директором или его уполномоченным лицом, подчинялся ли Ш. при выполнении работы с действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, выполнял ли Ш. работу в интересах под контролем и управлением работодателя.

Представленным ответчиком доказательствам, в том числе показаниям свидетелей, штатным расписаниям,  скриншоту экрана сайта в ООО «Экодизайн», пропускам,  судом апелляционной инстанции дана оценка по правилам ст. 56,67 ГПК РФ.

Судебная коллегия дала оценку тому обстоятельству, что в возражениях на исковое заявление указан адрес электронной почты ООО «Экодизайн» - ms-ekodizayn@mail.ru. Именно на этот адрес электронной почты истец в спорный период неоднократно направлял паспорта изделий (диванов) и техническую документацию, а ответчиком согласовывались с ним проекты мебели, с истцом велась деловая переписка.

Кроме того, К. (генеральный директор) 05.12.2018 года принял от Ш. по вышеуказанной электронной почте проект 3-х местного дивана «Азалия» и указал, что «принято, с наилучшими пожеланиями К.»

Также, по указанной электронной почте помощник руководителя ООО «Экодизайн» направлял сотрудникам организации, среди которых указан также Ш , письма, получал от Ш. ответы.

На основании этих доказательств коллегия пришла к выводу о доказанности того факта, что истец являлся сотрудником организации ООО «Экодизайн», выполняя работу в должности чертежника в период с 31.07.2018 года по 21.02.2019 года.

Судебная коллегия установила факт трудовых отношений между Ш. и ООО «ЭКОДИЗАЙН» в должности чертежника в указанный период, возложив обязанность на ООО «ЭКОДИЗАЙН» внести в трудовую книжку Ш. запись о приеме на работу в должности чертежника с 31.07.2018 года и запись об увольнении с 21.02.2019 года по п.3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (собственное желание) и выдать надлежаще оформленную трудовую книжку.

Судебная коллегия возложила на ООО «ЭКОДИЗАЙН» обязанность представить  в Пенсионный фонд РФ индивидуальные сведения по начисленным и уплаченным страховым взносам на Ш. и произвести на его имя соответствующие отчисления по страховым взносам; удовлетворены также исковые требования истца о взыскании задолженности по заработной плате за период с 01.02.2019 года по 21.02.2019 года на основании данных  из Управления федеральной службы государственной статистики по г.Москве и Московской области  о средней заработной плата по должности чертежник за октябрь 2017 года; удовлетворены также частично требования о взыскании компенсации за задержку выдачи трудовой книжки,  компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда.

Поскольку доказательствами не подтверждена работа истца в ООО «Экодизайн» по совместительству в должности конструктора, то судебная коллегия в указанной части в удовлетворении исковых требований  отказала.

 

Определение № 33-30543/2020.

 

 

Процессуальные вопросы

 

11. Судебно-медицинская экспертиза подлежит назначению лишь в медицинское учреждение, имеющее лицензию  на ее проведение, поскольку эта деятельность подлежит лицензированию.

 

С. обратился в суд с иском  к ГБУЗ Московской области «Королевская городская больница» о взыскании материального ущерба и морального вреда в размере 1 000 000 000 руб., отстранении всех участвующих в деле сотрудников ГБУЗ МО «Королёвская городская больница», хирурга Костинской поликлиника № 2 и врачей скорой медицинской помощи с избранием в дальнейшем меры наказания в соответствии с законами РФ с обязательным лишением возможности работать в медицине.

Требования мотивировал тем, что 12.03.2015 года в период нахождения на стационарном лечении в ГБУЗ МО «Королёвская городская больница» скончалась мать истца - С. Считает, что имеется прямая причинная связь между неправильно оказанной медицинской помощью ответчика и наступлением смерти матери.

Судом была проведена судебно-медицинская экспертиза, которая установила дефекты оказания лечебным учреждением медицинской помощи С.

Решением Королёвского городского суда от 29.05.2019 года, оставленным без изменения  апелляционным определением, исковые требования удовлетворены частично.

Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 09.09.2020 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 06.11.2019 года отменено, дело направлено в Московский областного суд на новое апелляционное рассмотрение.

Отменяя апелляционное определение, суд кассационной инстанции указал, что принимая в качестве доказательства заключение судебной экспертизы, проведенной Центром по проведению судебных экспертиз и исследований АНО «Судебный эксперт», суд первой инстанции не учел, что на момент проведения экспертизы и составления заключения от 22.04.2019 года Центр по проведению судебных экспертиз и исследований АНО «Судебный эксперт» не имел лицензии на осуществление медицинской деятельности. Лицензия получена организацией лишь 02.08.2019 года.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 апреля 2012 года N 291 утверждено Положение о лицензировании медицинской деятельности (в редакции постановления Правительства Российской Федерации от 08 декабря 2016 года N 1327).

В приложении к Положению приведен перечень работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность, в который включены, в том числе, работы (услуги) по судебно-медицинской экспертизе.

Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 11 марта 2013 года N 121н (в редакции приказа Минздрава России от 13 июня 2017 года N 325н)  утверждены Требования к организации и выполнению работ (услуг) при оказании первичной медико-санитарной, специализированной (в том числе высокотехнологичной), скорой (в том числе скорой специализированной), паллиативной медицинской помощи, оказании медицинской помощи при санаторно-курортном лечении, при проведении медицинских экспертиз, медицинских осмотров, медицинских освидетельствований и санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в рамках оказания медицинской помощи, при трансплантации (пересадке) органов и (или) тканей, обращении донорской крови и (или) ее компонентов в медицинских целях.

Согласно подпункту 3 пункта 7 Требований при проведении медицинских экспертиз организуются и выполняются работы (услуги), в том числе по судебно-медицинской экспертизе.

В соответствии с пунктом 46 части 1 статьи 12 Федерального закона "О лицензировании отдельных видов деятельности" медицинская деятельность (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра "Сколково") подлежит лицензированию.

Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определяет медицинскую деятельность как профессиональную деятельность по оказанию медицинской помощи, проведению медицинских экспертиз, медицинских осмотров и медицинских освидетельствований, санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий и профессиональную деятельность, связанную с трансплантацией (пересадкой) органов и (или) тканей, обращением донорской крови и (или) ее компонентов в медицинских целях (статья 2).

Согласно статье 58 названного Федерального закона медицинской экспертизой является проводимое в установленном порядке исследование, направленное на установление состояния здоровья гражданина, в целях определения его способности осуществлять трудовую или иную деятельность, а также установления причинно-следственной связи между воздействием каких-либо событий, факторов и состоянием здоровья гражданина; ее виды: экспертиза временной нетрудоспособности; медико-социальная экспертиза; военно-врачебная экспертиза; судебно-медицинская и судебно-психиатрическая экспертизы; экспертиза профессиональной пригодности и экспертиза связи заболевания с профессией; экспертиза качества медицинской помощи.

Таким образом, деятельность по проведению судебно-медицинских экспертиз лицензируется.

С учетом этого, при новом рассмотрении дела определением судебной коллегии от 11 ноября 2020 года проведение судебно-медицинской экспертизы поручено ГБУЗ Московской области «Бюро судебно-медицинских экспертиз».

 

Определение № 33-27981/2020

 

 

12. Возложение  расходов по производству экспертизы на истца, заявившего такое ходатайство при  рассмотрении спора о защите его прав, как потребителя, неправомерно.

 

Ш., Ш.(собственники квартиры), Б., занимающая квартиру по договору социального найма,  обратились в суд с иском к администрации Пушкинского муниципального района, ООО Флагман», ЗАО «Евросибспецстрой» об обязании устранить строительные недостатки,  ссылаясь на то, что многоквартирный дом построен в 2013 г. ЗАО «Евросибспецстрой» и ООО «Флагман», заказчиком является администрация Пушкинского района.

Решением Пушкинского городского суда Московской области от 24 июля 2019 года иск удовлетворен частично.

В ходе рассмотрения дела по апелляционной жалобе истцов судом апелляционной инстанции назначена судебная строительная экспертиза.

Несмотря на то, что ходатайство о производстве экспертизы было заявлено истцами, судебной коллегией не применено общее правило о возложении расходов по оплате экспертизы на лицо, заявившее ходатайство о ее назначении(ст.96 ГПК РФ).

Судебная коллегия исходила из разъяснений, изложенных в пункте 28 в Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", где разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

В силу Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" обязанность доказывать надлежащее качество работ, услуг, отсутствие строительных недостатков возложена законодателем на ответчиков, в связи с чем бремя несения расходов по оплате судебной экспертизы по настоящему делу судебной коллегией  возложено на ответчика.

 

Определение № 33-291/2020

 

 

13. При разрешении вопроса о выдаче дубликата исполнительного листа подлежит исследованию вопрос о соблюдении срока предъявления его к исполнению  и о прерывании указанного срока.

 

Решением Пушкинского городского суда Московской области от 8 апреля 2016 г. был удовлетворен иск ОАО КБ «КЕДР» к В. о взыскании задолженности по кредитному договору.

Определением Пушкинского городского суда Московской области от 07 сентября 2016 года произведена замена взыскателя ПАО КБ «КЕДР» на ПАО «БИНБАНК».

06 августа 2019 г. ООО «ИнБГ-Право» обратилось с заявлением о замене взыскателя в связи с заключением между заявителем и ПАО «БИНБАНК» договора цессии, и выдаче дубликата исполнительного листа в связи с его утратой.

Определением Пушкинского городского суда Московской области от 11 сентября 2019 г. заявление удовлетворено частично: произведена замена взыскателя; в части выдачи дубликата исполнительного листа отказано на основании положений ст. ст. 430, 432 ГПК РФ. Суд исходил из того, что срок предъявления к исполнению исполнительного документа истек, заявление о выдаче дубликата исполнительного листа направлено после истечения срока, установленного для предъявления исполнительного документа к исполнению.

Отменяя определение суда первой инстанции в части отказа в выдаче дубликата исполнительного листа, судебная коллегия указала, что судом не учтено, что на основании исполнительного листа, выданного Пушкинским городским судом, в отношении В. в Люберецком РОСП было возбуждено исполнительное производство от 14 июля 2016 года, которое было окончено 24 ноября 2016 года на основании пункта 3 части 1 статьи 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве».

В соответствии с частями 1-3 статьи 22 ФЗ «Об исполнительном производстве», срок предъявлении исполнительного документа к исполнению прерывается предъявлением исполнительного документа к исполнению. После перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется. Время, истекшее до прерывания срока, в новый срок не засчитывается. В случае возвращения исполнительного документа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения срок предъявления исполнительного документа к исполнению исчисляется со дня возвращения исполнительного документа взыскателю.

Поскольку срок предъявления исполнительного листа прервался предъявлением его к исполнению и возобновился после перерыва, начиная с момента возвращения исполнительного документа взыскателю, при этом время, истекшее до прерывания в новый срок не засчитывается, а исполнительный лист не мог вернуться взыскателю ранее 24 ноября 2016 года, то возобновленный срок предъявления исполнительного листа истекает не ранее 3 лет с этой даты ( 24 ноября 2019 года).

Заявление о выдаче дубликата исполнительного листа поступило в Пушкинский городской суд Московской области 31.07.2019 года.

Определение в обжалуемой части  отменено с разрешением вопроса по существу об  удовлетворении заявления о выдаче дубликата исполнительного листа.

 

Определение № 33-22390/2020


СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА

ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ

 

 

Существенные нарушения судами первой инстанции положений процессуального закона

 

1. Необоснованный отказ в принятии административного искового заявления.

 

Должностным лицом ГУ Московской области «Мособллес» установлен факт самовольного занятия и использования И. лесных участков; в адрес И. 04.02.2020 вынесено предписание об устранении нарушений лесного законодательства путем демонтажа и уборки металлического ограждения с металлическими столбами.

Полагая данное предписание незаконным, И. обратился в суд с административным иском в порядке главы 22 КАС РФ.

Определением судьи городского суда  И. отказано в принятии административного иска об оспаривании предписания ГКУ Московской области «Мособллес» об устранении нарушений лесного законодательств; по мнению судьи, проверка законности оспариваемого предписания будет осуществляться при рассмотрении дела о привлечении общества к административной ответственности по статье 7.9 КоАП РФ.

Отменяя данное определение, суд апелляционной инстанции исходил из того, что выводы судьи сделаны без учета положений действующего процессуального законодательства.

В соответствии с ч. 1 ст. 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Действительно, в порядке главы 22 КАС РФ суды не вправе рассматривать дела об оспаривании решений, действий (бездействия), связанных с применением норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку порядок обжалования таких действий и решений установлен главой 30 КоАП РФ.

Вместе с тем, в представленном материале отсутствуют доказательства, свидетельствующие, что законность оспариваемого предписания проверялась (давалась оценка как доказательству по делу об административном правонарушении) при рассмотрении дела о привлечении И. к административной ответственности по статье 7.9 КоАП РФ либо по статье 19.5 КоАП РФ за неисполнение данного предписания. Более того, в представленном материале в принципе отсутствуют какие-либо доказательства того, что в отношении И. возбуждалось дело об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 19.5 КоАП РФ.

В этой связи, а также принимая во внимание, что оспариваемым предписанием на И. возложена определенная обязанность,  гражданин вправе обжаловать данное предписание в порядке главы 22 КАС РФ.

 

Извлечение из апелляционного определения по делу № 33а-19816/2020 от 12.08.2020

 

 

2. Необоснованный возврат административного иска

 

Определением судьи городского суда Московской области К. возвращена частная жалоба на определение судьи того же суда как поданная с нарушением требований статьи 314 КАС РФ. При этом судья исходил из того, что жалоба подана после истечения срока на обжалование, при этом в жалобе (дополнении к ней) отсутствует просьба о восстановлении пропущенного процессуального срока.

Действительно, в соответствии с частью 1 статьи 314 КАС РФ частная жалоба, представление прокурора могут быть поданы в течение пятнадцати дней со дня вынесения определения судом первой инстанции, если иные сроки не установлены настоящей статьей.

Вместе с тем, в силу части 2 статьи 92 КАС РФ в сроки, исчисляемые днями, включаются только рабочие дни, за исключением сроков совершения судом, лицами, участвующими в деле, и другими участниками судебного процесса процессуальных действий по административным делам, предусмотренным частью 2 статьи 213, главами 24, 28, 30, 31, 31.1 настоящего Кодекса.

В рассматриваемом случае срок подачи частной жалобы на определение судьи от 29.07.2020 с учетом нерабочих дней истекал 19.08.2020. Как следует из представленного материала, частная жалоба на определение судьи от 29.07.2020 о возвращении административного иска, заявленного в порядке главы 22 КАС РФ, подана К. 18.08.2020 и поступила в адрес городского суда по электронной почте 18.08.2020 в 23:59. Следовательно, частная жалоба на определение суда от 29.07.2020  подана административным истцом в установленные законом сроки.

В этой связи судья апелляционной инстанции отменил обжалуемое определение о возврате частной жалобы как постановленное в нарушение положений процессуального закона.

 

Извлечение из апелляционного определения по делу № 33а-29918/2020 от 16.11.2020

 

 

3. Неправильное определение субъектного состава спорных правоотношений

 

Налоговая инспекция обратилась в суд с административным исковым заявлением о  взыскании с М.П.В., как  законного представителя М.А.П., 2004 года рождения, недоимки по налогу на доходы физических лиц за 2018 год. При этом суд первой инстанции исходил из того, что в материалы дела представлена выписка из ЕГРН о зарегистрированных в 2019 году правах несовершеннолетней М.А.П. на жилой дом, возведенный на земельном участке с кадастровым номером …806, кроме того, налогоплательщик подала в налоговый орган уточненную налоговую декларацию (форма 3-НДФЛ), в соответствии с которой сумма налога на доходы физических лиц к уплате составила 0,00 рублей, то есть, по мнению суда, административным ответчиком подтверждена правомерность заявленного имущественного налогового вычета в связи с приобретением земельного участка.

Отменяя данное решение и направляя дело на новое рассмотрение в тот же суд, судебная коллегия указала  на существенные нарушения процессуального закона, допущенные судом первой инстанции.

Согласно части 2 статьи 64 КАС РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному гражданскому или административному делу либо по делу, рассмотренному ранее арбитражным судом, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.

Из материалов дела усматривается, что вступившим в законную силу решением городского суда отклонен административный иск  М.А.П.  признании  незаконным решения МРИ ФНС России № 16 по Московской области об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления истцу налога на доходы физических лиц за 2017 год в размере 52956 руб. Из текста данного решения усматривается, что все обстоятельства, связанные с получением несовершеннолетней М.А.П. дохода от реализации земельного участка, находящегося в собственности менее трех лет, путем его мены на другой земельный участок, с наличием у несовершеннолетней М.А.П. права на соответствующие налоговые вычеты в связи с отчуждением и приобретением недвижимости, уже являлись предметом проверки и правовой оценки судов как первой, так и апелляционной инстанции.

Именно на основании решения налогового органа об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в адрес М.А.П. было направленно требование об уплате недоимки по НДФЛ за 2017 год.

Кроме того, согласно ч. 4 ст. 38 КАС РФ под административным ответчиком понимается лицо, к которому предъявлено требование по спору, возникающему из административных или иных публичных правоотношений, либо в отношении которого административный истец, осуществляющий контрольные или иные публичные функции, обратился в суд.

Согласно пункту 1 статьи 26 Гражданского кодекса РФ несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет совершают сделки, за исключением названных в пункте 2 настоящей статьи, с письменного согласия своих законных представителей - родителей, усыновителей или попечителя.

Как участники отношений общей долевой собственности несовершеннолетние дети обязаны в силу Гражданского кодекса Российской Федерации нести бремя содержания принадлежащего им имущества (статья 210), включая участие в уплате налогов в отношении этого имущества (статья 249), что предполагает обязанность совершения от их имени необходимых юридических действий родителями, в том числе применительно к обязанности по уплате налогов.

 В соответствии с пунктом 1 статьи 26 Налогового кодекса РФ налогоплательщик может участвовать в отношениях, регулируемых законодательством о налогах и сборах, через законного или уполномоченного представителя, если иное не предусмотрено Кодексом.

При этом пунктом 2 статьи 27 Кодекса предусмотрено, что законными представителями налогоплательщика - физического лица признаются лица, выступающие в качестве его представителей в соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации.

Согласно статье 64 Семейного кодекса РФ защита прав и интересов детей возлагается на их родителей; родители являются законными представителями своих детей и выступают в защиту их прав и интересов в отношениях с любыми физическими и юридическими лицами, в том числе в судах, без специальных полномочий. При этом в силу пункта 1 статьи 61 СК РФ  родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).

Таким образом, законными представителями несовершеннолетнего налогоплательщика в налоговых правоотношениях являются оба его дееспособных родителя, не лишенные родительских прав.

Тем не менее, суд к участию в деле в качестве соответчика мать несовершеннолетней М.А.П. не привлек.

 

Извлечение из апелляционного определения по делу 33а-13671/2020 от 15.07.2020

 

 

4. Необоснованное рассмотрение спора в порядке административного судопроизводства

 

В. обратилась в суд с административным исковым заявлением о признании задолженности по транспортному налогу за 2016 год безнадежной к взысканию.

Определением городского суда административный иск оставлен без рассмотрения в связи с несоблюдением административным истцом досудебного порядка урегулирования спора.

Отменяя данное определение и направляя дело в тот же суд  для рассмотрения по существу, судебная коллегия указала следующее.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 196 КАС РФ суд оставляет административное исковое заявление без рассмотрения в случае, если административным истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования административных споров, установленный федеральным законом для данной категории административных дел.

Оставляя поданный В. административный иск без рассмотрения, суд первой инстанции исходил из того, что истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования спора, предусмотренный пунктом 2 статьи 138 НК РФ.

Действительно, согласно указанной выше правовой нормы акты налоговых органов ненормативного характера, действия или бездействие их должностных лиц (за исключением актов ненормативного характера, принятых по итогам рассмотрения жалоб, апелляционных жалоб, актов ненормативного характера федерального органа исполнительной власти, уполномоченного по контролю и надзору в области налогов и сборов, действий или бездействия его должностных лиц) могут быть обжалованы в судебном порядке только после их обжалования в вышестоящий налоговый орган в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом (пункт 2 статьи 138 НК РФ в редакции Федерального закона от 02.07.2013 N 153-ФЗ).

Вместе с тем, заявляя требование о признании задолженности по транспортному налогу за 2016 год безнадежной к взысканию, В. каких-либо актов налоговых органов ненормативного характера, их действия или бездействие не оспаривала.

В соответствии с пунктом 1 статьи 59 НК РФ безнадежными к взысканию признаются недоимка, задолженность по пеням и штрафам, числящиеся за отдельными налогоплательщиками, плательщиками сборов и налоговыми агентами, уплата и (или) взыскание которых оказались невозможными.

Исходя из толкования подпункта 4 пункта 1 статьи 59 Налогового кодекса Российской Федерации, инициировать соответствующее судебное разбирательство вправе не только налоговый орган, но и налогоплательщик, в том числе путем подачи в суд заявления о признании сумм, возможность принудительного взыскания которых утрачена, безнадежными к взысканию (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2016,  Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016).

Соответственно, правом признавать имеющуюся задолженность по уплате налогов безнадежной к взысканию, а обязанность по их уплате прекращенной наделены не только налоговые органы, но также соответствующие органы судебной власти, на основании акта которых налоговый орган утрачивает возможность взыскания недоимки, задолженности по пеням и штрафам в связи с истечением установленного срока их взыскания либо по иным обстоятельством, указанным в законе.

 

Извлечение из апелляционного определения по делу № 33а-12209/2020 от 15.07.2020

 

 

Существенные нарушения судами первой инстанции

положений материального закона

 

5. Решением миграционного органа гражданке Республики Узбекистан И. на основании пп. 14 ч. 1 ст. 27 Федерального закона от 15.08.1996  N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" не разрешен въезд в Российскую Федерацию сроком до 05.01.2027, поскольку в период своего предыдущего пребывания в Российской Федерации она не выехала из РФ и находилась в стране непрерывно свыше 270 суток со дня окончания срока временного пребывания в РФ.

И. обратилась в суд с административным исковым заявлением о признании незаконным и отмене данного решения, ссылаясь на то, что принятием оспариваемого решения было допущено несоразмерное вмешательство в ее личную и семейную жизнь.

Решением городского суда административный иск оставлен без удовлетворения. При этом суд первой инстанции исходил из того, что запрет на въезд в Российскую Федерацию вынесен компетентным органом в пределах предоставленных ему полномочий; нахождение иностранного гражданина в браке с гражданином Российской Федерации не освобождает данного иностранного гражданина от ответственности за нарушение законодательства РФ и не препятствует общению супругов на территории Республики Узбекистан либо в иной стране по выбору административного истца.

Отменяя данное судебное постановление и постановляя новое решение об удовлетворении административного иска, судебная коллегия указала следующее.

Согласно пп. 14 ч. 1 ст. 27 Федерального закона N 114-ФЗ въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину или лицу без гражданства не разрешается в случае, если иностранный гражданин или лицо без гражданства в период своего предыдущего пребывания в Российской Федерации не выехали из Российской Федерации и находились в Российской Федерации непрерывно свыше двухсот семидесяти суток со дня окончания предусмотренного федеральным законом срока временного пребывания в Российской Федерации, - в течение десяти лет со дня выезда из Российской Федерации.

Предметом спора не является, что И. находилась на территории РФ с 26.10.2014 по 05.01.2017, то есть нарушила положения части 1 статьи 5 Федерального закона N 115-ФЗ.

Вместе с тем, согласно данным базы ЦБДУИГ в период с 19.12.2014 по 25.10.2015 И. имела разрешение на трудовую деятельность в РФ. К административной ответственности за нарушение режима пребывания в РФ истец не привлекалась. Более того, 02.02.2018 ГУ МВД России по Московской области выдало И. разрешение на временное проживание в РФ сроком до 02.02.2021. Следовательно, у органа миграционного учета и контроля субъекта РФ каких-либо претензий к И. не имелось. Ссылка суда на то обстоятельство, что И. скрыла от уполномоченного органа факт смены фамилии и паспорта при подаче заявления на ВРИ, ничем объективно не подтверждена. Более того, уполномоченный орган не связан информацией, сообщенной заявителем, он обязан провести полную проверку сведений об иностранном гражданине, претендующем на получение права трехлетнего проживания в РФ.

Кроме того, согласно п. 1 ст. 8 Конвенции ООН «О защите прав человека и основных свобод» (1950) каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц (п. 2 ст. 8 Конвенции).

В силу части 3 статьи 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в Определении Конституционного Суда РФ от 19.05.2009 N 545-О-О, запрет, установленный Федеральным законом "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию", обращен к правоприменительным органам, прежде всего судам, которые в каждом конкретном случае должны оценивать наличие реально существующих обстоятельств, обуславливающих необходимость отказа в разрешении на въезд в Российскую Федерацию иностранного гражданина или лица без гражданства.

Из материалов дела усматривается, что И. с 2016 года состоит в зарегистрированном браке с гражданином РФ И.Р.; после заключения брака супруги проживали совместно в жилом помещении в Солнечногорском районе Московской области.

Неразрешение И., имеющей супруга – гражданина РФ, постоянно проживающего в России, въезда в Российскую Федерацию в течение 10 лет  представляет собой серьезное вмешательство в сферу личной и семейной жизни истца, право на уважение которой гарантируется статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, - оно делает невозможным проживание и общение И. с супругом в стране его гражданской принадлежности и постоянного проживания – Российской Федерации.

В рассматриваемом случае запрет иностранному гражданину на въезд в Российскую Федерацию не относятся к мерам, продиктованным необходимостью защиты национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, предпринятым в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц: характер совершенного И. правонарушения не свидетельствуют о явном неуважении административного истца к законам Российской Федерации, ее гражданам; данных о том, что И. привлекалась к административной либо уголовной ответственности на территории РФ, материалы дела не  содержат.

В этой связи у органа миграционного контроля и учета отсутствовали достаточные основания для принятия решения о запрете И. въезда в Российскую Федерацию сроком до 05.01.2027.

 

Извлечение из апелляционного определения по делу № 33а-20229/2020 от 19.08.2020 


СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА

ПО ДЕЛАМ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ

 

Практика пересмотра не вступивших в законную силу постановлений (решений)

1. Нормами Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации не предусмотрена подача жалоб электронном виде.

Определением консультанта территориального отдела № 15 территориального управления Госадмтехнадзора Московской области от 31 марта 2020 года отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ООО «Э» на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Решением судьи Люберецкого городского суда Московской области от 29 июня 2020 года в удовлетворении жалобы на данное определение было отказано.

Решением судьи Московского областного суда от 18 августа 2020 года решение судьи первой инстанции отменено, дело возвращено в Люберецкий городской суд Московской области на новое рассмотрение со стадии принятия жалобы.

Порядок подачи жалоб, принесения протестов на постановления (решения) по делам об административных правонарушениях и пересмотра таких постановлений (решений) установлен главой 30 КоАП РФ.

По смыслу положений, закрепленных в главе 30 КоАП РФ, жалоба на состоявшиеся по делу об административном правонарушении акты подлежит подаче в вышестоящий суд на бумажном носителе.

Приказом Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 27 декабря 2016 года № 251 утвержден Порядок подачи в федеральные суды общей юрисдикции документов в электронном виде, в том числе в форме электронного документа.

Согласно п. 3.1.1 Порядка требования к форме и содержанию документов, подаваемых в соответствии с данным Порядком, определяются процессуальным законодательством Российской Федерации.

Такие требования определены, в частности, Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии с требованиями процессуального законодательства и названного Порядка документы в электронном виде, в том числе в форме электронного документа, подписанного электронной подписью, посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», могут быть поданы в федеральные суды общей юрисдикции только в рамках гражданского, административного, уголовного судопроизводства.

Документы, обращения, жалобы по делам об административных правонарушениях не подлежат подаче в суд общей юрисдикции в электронном виде, поскольку производство по таким делам осуществляется по правилам Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, нормами которого не предусмотрена подача таковых в электронном виде.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно указывал, что из права каждого на судебную защиту его прав и свобод, как оно сформулировано в ст. 46 Конституции Российской Федерации, не следует возможность выбора лицом по своему усмотрению той или иной процедуры судебной защиты, особенности которых применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел определяются, исходя из Конституции Российской Федерации, федеральным законом (определения от 24 ноября 2005 года № 508-0, от 19 июня 2007 года № 389-0-0, от 15 апреля 2008 года № 314-0-0, от 28 мая 2013 года № 777-0 и др).

Как указано выше, применительно к производству по делам об административных правонарушениях таким федеральным законом является Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях.

Из материалов дела следует, что жалоба на определение должностного лица от 31 марта 2020 года подана защитником в Люберецкий городской суд Московской области  электронном виде.

Данное обстоятельство являлось препятствием к ее принятию и рассмотрению в Люберецком городском суде Московской области и разрешению по существу в порядке, предусмотренном статьями 30.2 - 30.8 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах решение судьи городского подлежало отмене, а дело возвращению в городской суд на новое рассмотрение со стадии принятия жалобы.

 

Извлечение из решения по делу

№ 21-1779/2020 от 18.08.2020

 

 2. Производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при наличии по одному и тому же факту совершения противоправных действий (бездействия) лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном той же статьей или той же частью Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации.

 

Постановлением судьи Жуковского городского суда Московской области от 17 марта 2020 года, Д. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.27 КоАП РФ.

Решением судьи Московского областного суда от 21 июля 2020 года, указанное постановление отменено, производство по делу об административном правонарушении отменено на основании п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

Как следует из материалов дела, 17 декабря 2019 года в 18 часов 55 минут Д., управляя транспортным средством марки «NISSAN JUKE», государственный регистрационный знак К 310 ТН 750, после заправки указанного транспортного средства топливом, отъезжая от автозаправочной станции АО «РН-Москва» АЗК МУ 055 «Туполева», расположенной по адресу: Московская область, г. Жуковский, ул.Туполева, д. 30, стр. 1, совершил отрыв заправочного пистолета АЗК, после чего, в нарушение п.2.5 ПДД РФ, с места происшествия скрылся.

Действия Д. квалифицированы по ч.2 ст.12.27 КоАП РФ, которой предусмотрена административная ответственность за оставление водителем в нарушение Правил дорожного движения места дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся.

При рассмотрении дела по существу городской суд пришел к выводу, что вина Д. в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.27 КоАП РФ, доказана материалами дела.

Между тем, судом первой инстанции не было принято во внимание следующие обстоятельство.

Определением должностного лица от 18 декабря 2019 года вынесено решение о возбуждении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст. 12.27 КоАП РФ, и о проведении административного расследования.

При этом, в материалах дела имелось не отмененное определение инспектора ИАЗ ОГИБДД ОМВД по г.о. Жуковский от 14 января 2020 года, согласно которому в возбуждении дела об административном правонарушении по факту оставления лицом места ДТП, участником которого он являлся, - отрыв пистолета АЗК МУ 055 «Туполева», произошедшего 17 декабря 2019 года, по адресу по адресу: Московская область, г. Жуковский, ул.Туполева, д. 30, стр. 1, отказано в связи с отсутствием состава административного правонарушения на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

В силу п.7 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при наличии по одному и тому же факту совершения противоправных действий (бездействия) лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, постановления о назначении административного наказания, либо постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном той же статьей или той же частью статьи настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации, либо постановления о возбуждении уголовного дела.

При наличии в материалах дела определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, по факту оставления Д. места ДТП у должностного лица органа административной юрисдикции не было правовых оснований составлять в отношении Д. протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах обжалуемое постановление судьи городского суда подлежало отмене, а производство по делу прекращению на основании п.7 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ.

 

Извлечение из решения по делу

№ 12-887/2020 от 21.07.2020

 

 3. Химико-токсикологическое исследование биологического объекта, осуществляемое в рамках медицинского освидетельствования на состояние опьянения, является одним из элементов процедуры проведения такого освидетельствования, в связи с чем не может расцениваться как проведение по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.8 КоАП РФ административного расследования.

 

Постановлением судьи Павлово-Посадского городского суда Московской области от 18 августа 2020 года, Д. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Решением судьи Московского областного суда от 29 сентября 2020 года, указанное постановление отменено, дело направлено на рассмотрение по подведомственности мировому судье 179 судебного участка Павлово-Посадского судебного района Московской области.

Разрешение дела с нарушением правил подсудности не отвечает и требованию справедливого правосудия, поскольку суд, не уполномоченный на рассмотрение того или иного конкретного дела, не является, по смыслу ч. 1 ст. 46 и ч. 1 ст. 47 Конституции Российской Федерации, законным судом, а принятые в результате такого рассмотрения судебные акты не обеспечивают гарантии прав и свобод в сфере правосудия.

В соответствии с ч. 1 ст. 29.5 КоАП РФ дело об административном правонарушении рассматривается по месту его совершения. По ходатайству лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, дело может быть рассмотрено по месту жительства данного лица.

Из материалов дела следует, что 17 мая 2020 года в 05 часов 00 минут на 1 км автомобильной дороги Кузнецы-Тимково-Мамонтово водитель Д., в нарушение п. 2.7 ПДД РФ, управлял транспортным средством марки «Мазда 6», государственный регистрационный номер С 057 СА 750, находясь в состоянии опьянения.

По факту данного правонарушения в отношении Д. был составлен протокол об административном правонарушении от 17 июня 2020 года по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, которой предусмотрена ответственность за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Определением судьи Павлово-Посадского городского суда Московской области от 29 июня 2020 года материалы настоящего дела приняты к производству, дело назначено к рассмотрению  18 августа 2020 года рассмотрено по существу с вынесением постановления о привлечении последнего к административной ответственности.

Согласно ст. 29.1 КоАП РФ судья, орган, должностное лицо при подготовке к рассмотрению дела об административном правонарушении выясняют, в том числе, относится ли к их компетенции рассмотрение данного дела.

Административное расследование представляет собой комплекс требующих значительных временных затрат процессуальных действий должностных лиц, направленных на выяснение всех обстоятельств административного правонарушения, их фиксирование, юридическую квалификацию и процессуальное оформление. Проведение административного расследования должно состоять из реальных действий, направленных на получение необходимых сведений, в том числе путем проведения экспертизы, установления потерпевших, свидетелей, допроса лиц, проживающих в другой местности (подпункт «а» пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

Из определения должностного лица от 17 мая 2020 года о возбуждении дела об административном правонарушении следует, что поводом к возбуждению дела об административном правонарушении и проведению административного расследования послужило то обстоятельство, что врачом, проводившим Д. медицинское освидетельствование на состояние опьянения, для проведения химико-токсикологического исследования в лабораторию направлен биологический объект освидетельствуемого.

Согласно справке № 626 о результатах химико-токсикологических исследований данное исследование проведено в период времени с 18 мая 2020 года по 20 мая 2020 года.

03 июня 2020 года у Д. установлено состояние опьянения, о чем вынесено заключение в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения № 60 .

17 июня 2020 года должностным лицом ОГИБДД МО МВД России «Павлово-Посадский» в отношении Д. составлен протокол об административном правонарушении 50 АО № 739531.

Таким образом, из материалов дела следовало, что административное расследование фактически не проводилось, процессуальные действия, требующие значительных временных затрат, не выполнялись.

Пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года « 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что химико-токсикологическое исследование биологического объекта, осуществляемое в рамках медицинского освидетельствования на состояние опьянения, является одним из элементов процедуры проведения такого освидетельствования, в связи с чем не может расцениваться как проведение по делу об административном правонарушении административного расследования.

В связи с изложенным данное дело подлежало рассмотрению мировым судьей.

При таких обстоятельствах, постановление судьи городского суда было отменено, а дело об административном правонарушении направлено на рассмотрение по подведомственности мировому судье.

 

Извлечение из решения по делу

№ 12-1205/2020 от 29.09.2020

 

 4. Определение о назначении экспертизы может быть вынесено по инициативе суда, рассматривающего дело об административном правонарушении.

 

Постановлением Ногинского городского суда Московской области от 28 сентября 2020 года производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.16.2 КоАП РФ, в отношении юридического лица – ООО «М», прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием состава административного правонарушения.

Решением судьи Московского областного суда от 20 ноября 2020 года, указанное постановление отменено, дело об административном правонарушении направлено в городской суд на новое рассмотрение.

Из протокола об административном правонарушении следует, что основанием для привлечения Общества к административной ответственности по ч. 2 ст. 16.2 КоАП РФ послужило то, что  23 ноября 2018 года ООО «М» при декларировании на Сходненском таможенном посту Московской областной таможни товаров №№ 152, 153, 156, части товара №157, товара №158, части товара №159, товаров №№ 161, 162 в ДТ №10013190/231118/0030699 заявило недостоверные сведения о классификационном коде по ТН ВЭД ЕАЭС, сопряженное с заявлением при описании товаров недостоверных сведений о характеристиках (материале изготовления), влияющих на их классификацию, что послужило основанием для занижения таможенных пошлин, налогов на сумму 1 683 864 рублей 15 копеек.

Городской суд при рассмотрении дела об административном правонарушении пришел к выводу об отсутствии в действиях ООО «М» состава административного правонарушения, поскольку представленная органом административной юрисдикции  Справка о результатах экспертизы, содержащая сведения о характеристиках товара, заявленного при таможенном декларировании, не соответствует требованиям, предъявляемым к заключению эксперта; экспертиза по данному делу не назначалась и не проводилась, ходатайств о проведении по делу повторной экспертизы от сторон не поступало, а иные, представленные в дело доказательства, не являются достаточными для привлечения Общества к административной ответственности.

В соответствии с ч.1 ст.26.4 КоАП РФ, в случаях, если при производстве по делу об административном правонарушении возникает необходимость в использовании специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле, судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, выносят определение о назначении экспертизы. В случаях, когда при производстве по делу об административном правонарушении возникает необходимость в использовании специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле, судья на основании статьи 26.4 КоАП РФ выносит определение о назначении экспертизы. Такое определение может быть вынесено как по инициативе судьи, так и на основании ходатайства лица, в отношении которого ведется производство по делу, потерпевшего, прокурора, защитника.

С учетом выше приведенных положений закона, городской суд, при рассмотрении дела по существу, прийдя к выводу о недопустимости справки о результатах экспертизы  как доказательства по делу и при возникших сомнениях в сведениях о свойствах и характеристиках товара, влияющих на их классификацию, в силу вышеуказанной нормы КоАП РФ, не был лишен права назначить экспертизу по собственной инициативе.

При таких обстоятельствах, постановление по делу подлежало отмене, а дело с учетом положений ст. 4.5 КоАП РФ направлению на новое рассмотрение в городской суд.

 

Извлечение из решения по делу

№12-1351/2020 от 20.11.2020

 

 5. Одним из критериев отнесения того или иного дела к компетенции арбитражных судов наряду с экономическим характером требования является субъектный состав участников спора.

 

Постановлением № 050/04/7.32.4-42/2020 заместителя руководителя – начальника отдела контроля органов власти Московского областного УФАС России от 22 апреля 2020 года глава городского округа Л. Московской области Б., признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 9 ст. 7.32.4 КоАП РФ.

Данное постановление должностного лица обжаловано Б. в Луховицкий районный суд.

Определением судьи Луховицкого районного суда Московской области от 16 сентября 2020 года производство по жалобе Б. прекращено. 

Определением судьи Московского областного суда, указанное определение судьи отменено, дело возвращено на новое рассмотрение в районный суд на  стадию принятия жалобы

Прекращая производство по жалобе, судья Луховицкого районного суда Московской области исходил из того, что рассмотрение жалобы главы городского округа Б. подведомственно Арбитражному суду.

Данные выводы суда первой инстанции являются ошибочными в силу следующего.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 30.1 КоАП РФ постановление по делу об административном правонарушении, вынесенное должностным лицом, может быть обжаловано лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в вышестоящий орган, вышестоящему должностному лицу либо в районный суд по месту рассмотрения дела.

В соответствии с ч. 3 ст. 30.1 КоАП РФ постановление по делу об административном правонарушении, связанное с осуществлением предпринимательской или иной экономической деятельности юридическим лицом или лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, обжалуется в арбитражный суд в соответствии с арбитражным процессуальным законодательством.

Частью 1 ст. 27 АПК РФ предусмотрено, что к юрисдикции арбитражных судов относятся дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 2 ст. 27, ст. 28 АПК РФ установлено, что арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке; случаи рассмотрения арбитражным судом дела с участием гражданина, не имеющего статуса индивидуального предпринимателя, должны быть предусмотрены Арбитражным процессуальным кодексом РФ или федеральным законом.

Одним из критериев отнесения того или иного дела к компетенции арбитражных судов наряду с экономическим характером требования является субъектный состав участников спора.

Из материалов дела следует, что Б. занимает должность главы городского округа и статусом  индивидуального предпринимателя не наделён. Соответственно жалоба неподведомственна Арбитражному суду.

При изложенных обстоятельствах определение судьи районного суда подлежало отмене, а дело - возвращению на новое рассмотрение в районный суд   на стадию принятия жалобы к рассмотрению.

 

Извлечение из определения по делу

№ 21-2513/2020 от 12.11.2020

 

 6. Административная ответственность по ч. 2, ч. 4 ст. 3.6 Кодекса Московской области об административных правонарушениях наступает лишь за те правонарушения, ответственность за совершение которых не предусмотрена положениями КоАП РФ.

 

Постановлением инспектора ГКУ МО АПИ №402433 от 12 августа 2020 года И. привлечен к административной ответственности по ч.4 ст.3.6 Закона Московской области №37/2016-ОЗ от 04 мая 2016 года «Кодекс Московской области об административных правонарушениях».

Решением Раменского городского суда Московской области от 20 октября 2020 года указанное постановление оставлено без изменения.

Решением судьи Московского областного суда постановление по делу акты отменены, производство по делу прекращено на основании п. 2 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ.

Частью 4 статьи 3.6 КоАП МО установлена ответственность за невыполнение гражданами требований нормативных правовых актов Московской области, направленных на введение и обеспечение режима повышенной готовности на территории Московской области, с использованием транспортного средства, если эти действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния или не влекут административной ответственности в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях.

Таким образом, ответственность по ч.4 ст.3.6 КоАП МО наступает лишь за те правонарушения, ответственность за совершение которых не предусмотрена положениями КоАП РФ.

Из постановления должностного лица следует, что основанием для привлечения И. к административной ответственности по ч.4 ст.3.6 Закона Московской области №37/2016-ОЗ от 04 мая 2016 года «Кодекс Московской области об административных правонарушениях» явились следующие обстоятельства: И., управляя транспортным средством ГАЗ, двигаясь по маршруту №17, осуществлял перевозку пассажиров без использования средств индивидуальной защиты органов дыхания, чем нарушил п.п.7 п.5 Постановления Губернатора МО от 12.03.2020 №108-ПГ (в ред. от 23.07.2020) «О введении в Московской области режима повышенной готовности для органов управления и сил Московской областной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций и некоторых мерах по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Московской области».

Указом Президента Российской Федерации от 02.04.2020 №239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на адрес в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» высшим должностным лицам (руководителям высших исполнительных органов государственной власти) субъектов РФ с учетом положений настоящего Указа, исходя из санитарно-эпидемиологической обстановки и особенностей распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в субъекте РФ, поручено обеспечить разработку и реализацию комплекса ограничительных и иных мероприятий, в первую очередь: определить в границах соответствующего субъекта адрес, на которых предусматривается реализация комплекса ограничительных и иных мероприятий, направленных на обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения, в том числе в условиях введения режима повышенной готовности, чрезвычайной ситуации; установить особый порядок передвижения на соответствующей территории лиц и транспортных средств, за исключением транспортных средств, осуществляющих межрегиональные перевозки.

Во исполнение требований поименованных нормативных актов Губернатором Московской области  12.03.2020 принято постановление №108-ПГ «О введении в Московской области режима повышенной готовности для органов управления и сил Московской областной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций и некоторых мерах по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Московской области», с последующими изменениями.

В силу подпункта 7 пункта 5 Постановление Губернатора №108-ПГ (ред. от 23.07.2020) с 12.05.2020 граждане обязаны использовать средства индивидуальной защиты органов дыхания (маски, респираторы) при нахождении в местах общего пользования (в том числе в общественном транспорте, включая перевозку пассажиров и багажа по заказу).

Частью 1 ст.20.6.1 КоАП РФ установлена ответственность за невыполнение правил поведения при введении режима повышенной готовности на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, или в зоне чрезвычайной ситуации.

Согласно правовой позиции, содержащейся в «Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) №1» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020) граждане, должностные лица, лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, юридические лица подлежат привлечению к административной ответственности по части 1 статьи 20.6.1 КоАП РФ как за нарушение Правил, так и за нарушение обязательных, а также дополнительных обязательных для исполнения гражданами и организациями правил поведения при введении на территории субъекта РФ режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации.

Таким образом, действия И. по ч.4 ст.3.6 КоАП МО квалифицированы неверно, поскольку ответственность за нарушение п.п.7 п.5 Постановления Губернатора Московской области №108-ПГ от 12.03.2020 предусмотрена ч.1 ст.20.6.1 КоАП РФ.

Оснований для переквалификации совершенного И. деяния на часть 1 статьи 20.6.1 КоАП РФ не имелось, поскольку КоАП РФ не предусмотрена возможность переквалификации статьи закона субъекта Российской Федерации, предусматривающей административную ответственность за совершенное лицом правонарушение, на статью (часть статьи) КоАП РФ.

При таких обстоятельствах постановление должностного лица и решение судьи городского суда Московской области подлежали отмене, а производство по делу об административном правонарушении прекращению, в связи отсутствием состава административного правонарушения.

 

Извлечение из решения по делу

№ 21-2725/2020 от 26.11.2020

 

 7. Разрешение дела по жалобе на постановление должностного лица по делу об административном правонарушении с нарушением закрепленных п. 3 ч. 1 ст. 30.1 КоАП РФ правил подсудности является существенным (фундаментальным) нарушением, влияющим на исход дела, и не отвечает требованию справедливого правосудия.

 

Постановлением заместителя начальника Звенигородского межрайонного территориального отдела лесной охраны Управления судебного обеспечения и по работе с территориями Комитета лесного хозяйства Московской области  № 06-177/2020 от 17 июня 2020 года Публичное акционерное общество «М» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 8.32 КоАП РФ.

Решением судьи Рузского районного суда Московской области от 17 сентября 2020 года постановление должностного лица органа административной юрисдикции оставлено без изменения. 

Решением судьи Московского областного суда от 10 декабря 2020 года решение судьи городского суда отменено, дело направлено на рассмотрение по подсудности в Истринский городской суд Московской области.

Исходя из положений ч. 1 ст. 1.6 КоАП РФ обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только наличие законных оснований для применения административного наказания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности.

В соответствии с ч. 3 ст. 56 Конституции Российской Федерации не подлежат ограничению права и свободы, предусмотренные статьями 20, 21, 23 (часть 1), 24, 28, 34 (часть 1), 40 (часть 1), 46 - 54 Конституции Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Согласно ч. 1 ст. 47 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 30.1 КоАП РФ постановление по делу об административном правонарушении, вынесенное должностным лицом, может быть обжаловано лицами, указанными в ст.ст. 25.1 - 25.5.1 настоящего Кодекса в вышестоящий орган, вышестоящему должностному лицу либо в районный суд по месту рассмотрения дела.

Как следует из материалов дела, дело было рассмотрено заместителем начальника Звенигородского межрайонного территориального отдела лесной охраны Управления судебного обеспечения и по работе с территориями Комитета лесного хозяйства Московской области по адресу: Московская область, г. Истра, ул. Лесная, д. 22, в связи с чем, жалоба на указанное постановление должностного лица органа административной юрисдикции должна была быть рассмотрена Истринским городским судом Московской области.

Правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации,  имевшаяся на момент рассмотрения Рузским районным судом жалобы по данному делу, подтверждена и в Обзоре судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 1(2020), утвержденного Президиумом Верховного суда Российской Федерации 10 июня 2020 года. В п. 56 указано, что разрешение дела по жалобе на постановление должностного лица по делу об административном правонарушении с нарушением закрепленных п. 3 ч. 1 ст. 30.1 КоАП РФ правил подсудности является существенным (фундаментальным) нарушением, влияющим на исход дела, и не отвечает требованию справедливого правосудия.

Однако требования Закона и практики Верховного суда Российской Федерации не были учтены судьей Рузского районного суда Московской области при принятии к производству жалобы и рассмотрении ее по существу.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 03 июля 2007 года № 623-О-П и от 15 января 2009 года № 144-О-П, решение, принятое с нарушением правил подсудности, не может быть признано правильным, поскольку оно вопреки ч. 1 ст. 47 и ч. 3 ст. 56 Конституции РФ принимается судом, не уполномоченным в силу закона на рассмотрение данного дела, что является существенным (фундаментальным) нарушением, влияющим на исход дела и искажающим саму суть правосудия.

Разрешение дела с нарушением правил подсудности не отвечает и требованию справедливого правосудия, поскольку суд, не уполномоченный на рассмотрение того или иного конкретного дела, не является, по смыслу ч. 1 ст. 46 и ч. 1 ст. 47 Конституции РФ, законным судом, а принятые в результате такого рассмотрения судебные акты не обеспечивают гарантии прав и свобод в сфере правосудия.

При таких обстоятельствах, решение судьи районного суда подлежало отмене, а дело - направлению на рассмотрение по подсудности в Истринский городской суд Московской области.

 

Извлечение из решения по делу

№ 21-2845/2020 от 10.12.2020

Печать документа
2007-2020 г. © Московский областной суд webmaster@mosoblsud.ru